Пожиратель душ. Компиляция. Книги 1-18

Осознав, что чуть не покалечила братика, девушка прослезилась и, спрыгнув с кровати, кинулась на парня, но теперь с обнимашками. Против гения, что на год старше и почти пробилась к стадии становления, у Тэо не было ни шанса, он быстро оказался в её объятиях и чуть не отдал богу душу… Девушка думала, что сдерживается, но… она ошибалась…

— Катенька… твоему братику тяжело дышать, он уже синеет, отпусти его, пожалуйста, — попросила Ирина, устроившаяся в удобном кресле.

— Ой! Прости, прости! — девушка резко оттолкнула парня, едва не впечатав его в стену… благо Тэо успел среагировать, ловким движением упёрся ногой в стену и отскочил в кровать, что вновь жалобно заскрипела…

— Кха, кха. Дура! Убить меня хочешь! — рявкнул парень, но он знал, что это бесполезно. Она с детства тупая… непробиваемая… и постоянно доставляет Ивану неприятности… Парень хотел ещё сильнее поругаться, но, увидев, что подруга детства сейчас разревётся, сменил гнев на милость.

— Правда? — сияя от счастья, спросила девушка со щенячьим взглядом.

— Да-да, иди сюда, — парень вытянул руки и обречённо улыбнулся.

Девушка прыгнула в объятия парня и, устроившись у него на груди, закрыла глаза и замурлыкала, ну, или ему так показалось. Однако! Тэо также почувствовал поток маны, это была мана золотистого цвета, но нити, подобной той, что между ним и Дашей, не было.

Мана передавалась через телесный контакт, но поток был весьма скромным, и парень не ощущал какой-либо связи с душой девушки. Тэо взглянул на душу Кати, она была бледно-жёлтая, а душа матери бледно-тёмно-синяя.

— Мам, я же скоро выписываюсь, можно было и не приходить, — сказал парень, посмотрев на статную женщину, удобно разместившуюся на кресле в углу помещения и с интересом наблюдавшую за двумя подростками.

— Дорогой сыночек… неужели ты не рад увидеть свою любимую матушку? — спросила женщина и хихикнула, увидев недовольный взгляд парня. — Катя очень переживала за тебя, а одна приходить… ну, ты знаешь.

— Да… Это ходячее бедствие нельзя одну куда-либо отпускать, — поглаживая Катю по голове, сказал парень. В детстве он часто её вот так гладил, как-никак, её мать умерла, когда девочке было всего десять.