Я быстро привожу себя в порядок. Чем больше я думаю, о том, что случилось, тем волнительнее мне.
Я наслаждалась происходящим, а значит, предала память отца. Стала похотливой, словно животное. Драконья кровь давит на меня. Но как с этим бороться?
Майрок воплощение того, что я хотела бы видеть в мужчине. И проклятая метка всё усугубляет.
Я хочу перестать чувствовать этот жгучий интерес, но он возникает сам по себе. Поглощает меня, едва я вижу Флейма. Я не виновата в том, над чем не властвую, а тяга к Майроку возникает сама по себе.
Усилием воли откладываю разрушающие меня мысли на потом. Сейчас пусть всё идёт своим чередом. Я смогу заняться самобичеванием позже, когда получу свою магию. Тогда же смогу подумать, как быть дальше.
Но зачем Рикарду в Дракенхейм? И если правда это связано с Легендой, то при чём здесь Майрок? И почему он ничего не рассказал?
Я хочу надеяться, что он просто помогает своему другу. Но нужно будет всё выяснить, это может быть важно и для меня.
Я уже порываюсь уйти, но любопытство сильнее.
Подхожу к столу Майрока и гляжу на конверт, лежащий там. Он сразу привлёк моё внимание, едва я вошла в комнату. Там ведь было написано, что оно из Дракенхейма.
Трогаю конверт, от него фонит магией, стоит пометка «доставить срочно». Дата вчерашняя.
Из Дракенхейма…
Если Майрок говорит, что официально глава рода какой-то родственник, то зачем из Дракенхейма пишут ему? Ещё и срочно.
Я не должна влезать в жизнь Флейма, трогать его вещи, читать письма, тем более, что мы ничего друг другу не обещали.
Но это Легенда связал нас. Что если всё это может касаться и меня? И ответ здесь, так близко. Прямо в моих руках.
Я открываю конверт, и за этим сразу следует укол сожаления. Письма нет. Пусто.
Глава 26"
"На следующее утро я просыпаюсь с мыслью, что мне нужно противозачаточное зелье. Странно, что это раньше не пришло мне в голову. В академии подобную вещь достать не так-то просто, не даром адепты покупают зелья и приносят с собой.
У меня выбора нет и приходится тащится к профессору Шейдмору.
Он единственный, кто не станет обвинять меня в разврате, потому что знает — я делаю это, чтобы вернуть магию.
Просить о подобном мужчину неудобно, но я пересиливаю себя. Шейдмор прямо при мне в течение нескольких минут готовит зелье в лаборатории и отдаёт его. Мы оба испытываем неловкость, поэтому я быстро ухожу.
Кладу флакон в карман, но на подкорке уже зудит, что надо бы его поскорее спрятать в комнате.
