Но они должны быть подкреплены силой. Я стану лучшей ученицей. Сделаю всё, что в моих силах и даже больше.
Дверь открывается, и я поворачиваю голову.
— Ты чего такая хмурая? — спрашивает Джули.
— Наоборот, — улыбаюсь я. — У меня хорошее настроение.
— Тогда тоже буду переодеваться, скоро завтрак.
Спустя какое-то время мы выходим из комнаты. По коридорам уже спешат куда-то другие адепты в такой же форме. Повсюду шум, смех и разговоры. В груди невольно теплеет, всё-таки атмосфера и правда мне нравится. В пансионе всё было куда строже.
Обеденный зал огромный, здесь сотни адептов и десятки столов! На потолке плавают сферы, символизирующие каждого из семи Богов-Легенд. Окна выходят во внутренний двор академии, там цветут тёмно-красные цветы и растут деревья с коричневыми листьями.
Мы с Джули идём за ближайший стол и скромно пристраиваемся за ним. На нас не особо обращают внимание, все заняты едой или разговорами.
Завтрак просто обалденный! Яйца, три вида каши, фрукты, творог, варенье и джем. Чай, кофе, компот.
После той бурды, которой нас кормили в пансионе, это просто шикарно! Прямо, как дома, когда отец ещё был жив, а я не была признана ущербной.
Кроме меня особо никто еде не радуется, все принимают как должное. Я тоже стараюсь ничем не выделяться и принимаю отрешённый вид. Накладываю себе овсяной каши на молоке, сверху кладу побольше ягод и кусочков персика.
Принимаюсь за еду с аппетитом, каша, щедро сдобренная маслом, растекается во рту сливочным вкусом. Фрукты дают лёгкую сладость и кислинку.
Прикончив половину тарелки, я перевожу взгляд на Джули. На её тарелке яйцо и больше ничего.
— Почему не ешь? — уточняю я, отправляя в рот кусочек персика.
Джули косится на соседку, а потом наклоняется ко мне и шепчет:
— Я на диете. Ханна назвала меня толстой.
Точно. Я и совсем забыла про мою сестру и её подругу. Медленно обвожу взглядом зал. Лина и Ханна сидят за два столика от нас. Кажется, им нет до нас дела.
— Не обращай внимания, — говорю тоже негромко. — Она просто хотела тебя обидеть.
Джули упрямо качает головой, а затем закидывает в рот последний кусочек яйца. Ну это разве нормальный завтрак?!
Я беру немного сыра и хлебец, кладу ей в тарелку. Затем добавляю ещё пару кусочков тонко нарезанного огурца. Ставлю рядом чашку с крепким чёрным чаем.
— Поешь хотя бы так, ничего вредного. Булочки мы не трогали."
"Она тяжело вздыхает, но всё-таки послушно принимается за сыр.
Вот же Ханна стерва! Довела бедняжку в первый же день.
