Несмотря на то, что я думаю примерно также, становится неприятно от его слов. Я-то понятно, за что его ненавижу. Но он почему так? Из-за того, что я не такая шикарная, как Кристабель? Ему досталась в истинные жалкая я, вот и злится?
— Я знаю, как это сделать, — отзываюсь я. — Знаю, как избавится.
Не хочется говорить, что Шейдмор рассказал. Иначе добром это не кончится.
Майрок отстраняется:
— Говори, что узнала.
Я коротко описываю, что нам предстоит. Решаю быть до конца честной и говорю даже о том, что моя магия пострадала из-за истинности.
Закончив, я вглядываюсь в лицо Майрока, пытаясь считать его реакцию. Мне начинает казаться, что сейчас начнутся насмешки, пошлые намёки. Ему это свойственно.
— Что у тебя на щеке?
Не этого вопроса я ожидала. Касаюсь кончиком пальца пореза.
— Это Кристабель, — я с вызовом смотрю на Флейма. — Неужели она не рассказала тебе? Твоя девушка видела нас в книжном в субботу, и решила мне отомстить. Они толпой напали на нас с Джули поздно вечером.
Майрок прищуривается едва заметно, затем лишь скупо кивает.
И это всё? Больше никакой реакции?
— Ты должен приструнить её.
Он молчит, пристально глядя на порез на моей щеке.
Я замечаю во взгляде Майрока едва заметное недовольство, прежде чем он отворачивается. И что-то подсказывает, оно направлено не на меня.
— И расскажи ей правду про истинность, — произношу вслух, но сама не уверена, что Кристабель следует знать. — Не понимаю, почему ты ей не сказал?
— Обычно мы с ней не так много разговариваем. Есть дела поинтереснее.
Я понимаю на что он намекает, но не подаю вида. Смотрю на его профиль и в голову приходит безумная мысль, которую, как ни странно, подсказала мне сама Кристабель. Она думает, я ищу у Флейма защиты.
Истинность — дрянная штука, когда дело касается нас двоих, но я должна извлекать выгоду из всего, что только возможно, если хочу выжить. А что если я смогу манипулировать Флеймом? Даже сейчас он неосознанно ревнует меня из-за истинности, иначе его поведение не объяснить.
Я не уверена в успехе, да и не сказать, что у меня есть опыт подобных делах.
Когда-то Майрок разрушил мою жизнь, но вдруг есть шанс, что он же и сможет помочь мне всё исправить? А потом я упорхну. Мы разорвём связь, и моя жизнь будет принадлежать мне.
Мой взгляд ползёт по прямому носу, чёткой линии губ, по упрямому подбородку Флейма.
Я собираюсь засунуть голову в пасть дракону… Но разве это не единственный выход? Конечно, если всё получится.
— Майрок, — имя врага обжигает губы.
