Но почему-то смерив меня долгим, внимательным взглядом, сверкнув своими, коварными «угольками», вот клык даю, его, что непросто так, он ответил:
– А ты поклянешься, что все, что я тебе расскажу, никому не передашь без моего разрешения? И не используешь во вред мне и моим сородичам?
Дать клятву сильнейшему некроманту королевства? Тому, кто владеет магией крови? Любопытство оказалось сильнее страха:
– Клянусь!
– По дороге в Аэрту я уже говорил о наших особенностях. У моего народа иерархия не только по древности крови, но и по силе зверя, его влиянию на себе подобных.
Влиять в буквальном смысле, приказывать, принуждать, вести за собой в бой. Таким влиянием обладают лишь альфы – это исключительно мужчины с сильным зверем внутри.
Я кивнула:
– Да, я помню об этом.
– И только первородные альфы обладают темным даром, смешанным с силой лесного духа-прародителя, который передается от отца к сыну только в нашем роду. Слово первородного из рода Дагоран – закон для остальных оборотней.
Состояние наших эмоций и чувств передается остальным, влияет как ничто другое. Чем сильнее первородные, тем чаще рождаются сильные альфы, да и вообще крепкие оборотни. То есть, сила и здоровье жителей княжества Дагоран напрямую зависят от нашего рода.
Я нахмурилась:
– Тогда как представитель столь важного для оборотней рода оказался в Аэрте, да еще и на столь опасной службе?
– Когда моя мать – княгиня Эмилия – носила меня под сердцем, ее прокляли.
Из черной зависти, лютой ненависти, из ничем необоснованной ревности – в общем, причина неважна, потому что во многом. Если бы вместо мамы была другая оборотница или одаренная из людей, то проклятье спровоцировало бы выкидыш или смерть женщины. Но моя мать носила под сердцем не просто волчонка, а будущего некроманта, обладателя темного дара первородных. И это проклятье усилило мой дар в разы."
"– И что было дальше? – хрипло выдохнула я, невольно замедляя шаг, чтобы дослушать эту таинственную историю.
– Выяснилось это лишь со временем, когда во мне тьма проснулась и я совершил свой первый оборот. Обнаружились и другие последствия проклятья. – Я споткнулась, потому что, забыв обо всем, ждала жуткой сказки. Дагоран поддержал меня. И мы так и замерли, друг напротив друга: он – глядя сверху вниз, а я – задрав голову вверх.
