Я вздрогнула, но осталась стоять рядом с Дагораном, в конце концов, я не прислуга, а представитель закона. Сам же альфа наклонился и поднял с пола обернутой тьмой рукой предмет – обычный, с виду металлический, витиеватый браслет. Артефакт, в чем я не сомневалась, и наверняка с весьма зловещей начинкой. Вспомнила кошмар на площади Просвещения, когда Людвиг, закутавшись в тьму, зашел в таверну и деактивировал проклятый, убивающий все живое артефакт. Сейчас он проделал то же самое, только с живым человеком.
Обернув «пропажу» в тьму, разорвал связь с артефактом и деактивировал его.
Хозяева дома напоминали фонарные столбы, Дагоран шагнул мимо них к затравленно сжавшейся девушке и спокойно обратился:
– Вы поэтому бегали от нас по дому, леди? Боялись свидетелей?
– Да, – вымученно просипела она, устало привалившись плечом к стене и кутаясь в плащ.
Еще бы не куталась, глаза ее отца наливались кровью и не обещали ничего хорошего. А вот Неро не сдержался – пробурчал себе под нос про безголовых девиц, которые на последнем издыхании думают о самых бессмысленных вещах.
Дагоран ледяным скрежещущим голосом начал форменный допрос:
– Леди Исабель, именно этот артефакт сделал вас невидимой? Вы надели его, когда возвращались домой? – Девушка смиренно кивнула, а он продолжил: – И уже дома, в своих покоях, окончательно убедились, что не можете его снять и деактивировать?
– Да, – прошептала Исабель."
"По ее грязному лицу ползли отчаянные и злые слезы. Бедняжка больше трех дней без еды и воды провела, но все об этом словно забыли, допытываясь до сути: зачем, как и почему.
– Где и кто вам продал этот артефакт? Я же не ошибся, вы его именно купили, а не получили в подарок?
– Да, купила, – признала она и, кинув на отца из-под густо накрашенных ресниц взгляд смертника, едва слышно пояснила, – чтобы незаметно для всех выбираться из поместья, я заказала этот артефакт… у своего клиента. Он периодически бывает у мадам Киро. И все знают, кто занимается продажей незаконных артефактов на сером рынке…
– У твоего клиента? Мадам Киро?.
. – прохрипел Торжик-старший, судорожно дергая ворот у горла.
– Ну папа, тебе же туда можно ходить, а мне нельзя? – истерично прошипела Исабель.
– Мартин? – выдохнула потрясенная леди Леандра.
– Я мужчина! А ты… шлю… – Барон захлопнул рот, не менее затравленно осмотрел коридор и приказал: – Живо ко мне в кабинет. Все!
Там выяснилась крайне неприглядная и грязная правда.
