Рука невольно потянулась к шарфику-вуали прикрыть лицо. Не хотелось бы отсвечивать в столь неприличном месте. Но остановилась под очередным насмешливо-снисходительным взглядом провожатого Мечника. Щеки успели потеплеть от смущения. Да-да, кажется, веду себя по-ханжески, а ведь я на работе. На службе. Что поделать, в Дершире места обитания лиц с «желтой» пропиской приличные дамы обходили десятой стороной, и данная деятельность, хотя и имела место, крайне порицалась. Здесь, в Аэрте, я слышала, нравы проще, как и отношение к подобному.
Краем глаза я уловила дрогнувшую занавеску в окне на втором этаже борделя, словно кто-то следил за улицей, или ждал… возможно, меня. Собраться с духом перед первым делом «на выезде» мне не дал провожатый – распахнул дверь и предложил руку, чтобы спуститься по трем узким и неудобным ступенькам на мостовую. И ведь уже второй раз не побоялся коснуться проклятого медиума, пусть на мне, как обычно, темные перчатки. Вот и хорошо, что законники точно знают: перчатки не защита, а предупреждение, знак отличия.
С прямой спиной и, надеюсь, бесстрастным, не очень красным лицом я прошла за стражем в э-э-э… здание, тщательно скрывая любопытство. В просторной прихожей удивилась безвкусному, излишне «золотому» убранству, пафосному и нарочитому; поднявшись по центральной лестнице на второй этаж, споткнулась, увидев расписанные сценами интимного содержания стены и потолки первого же помещения – гостиной, где на диванчиках у стен жались полуодетые испуганные девушки, кажется, их так называют.
– Кх-м, – кашлянула я, прежде чем поздороваться, – добрый день… дамы… господа.
Кивнула и нескольким законникам, что-то писавшим в блокнотах.
– Вам сюда, маги Диль, – не касаясь, а тактично показывая жестом, пригласил следовать за собой мой сопровождающий."
"В большой и, что удивительно, учитывая увиденное оформление до этого, скорее обычной комнате, более спокойно отделанной в серо-розовых и голубых тонах, возвышалась огромная кровать под балдахином. Низкий столик, кресла, диван, стулья и даже высокие вазоны с розами на длинных стеблях, присущие гостиным, как-то терялись на ее фоне.
Посреди «гостиной», на толстом, бежевом с цветочками ковре, распластались два тела.
Молодая женщина с пышной грудью и стройными ногами в чулочках, с голубой подвязкой на бедре и в откровенном розовом неглиже. И мужчина в распахнутом черном шелковом халате, который не скрывал, а скорее подчеркивал полностью обнаженное тело, раскинувшееся в позе звезды.
