Онлайн-библиотека книг
Что если нам провести день вместе?
— Нам? Где?
И я не выдержал, захватил её лицо рукой и поцеловал кончик носа.
— Где хочешь побывать? В Париж хочешь? Можно в Грецию слетать, искупаться в море. У меня есть яхта: днем проведем в открытом море, а вечером высадимся в Монако и сходим в казино.
Я то думал, что Катя всю оставшуюся жизнь будет прятаться у меня под мышкой. Но я ошибся.
Она отпрянула, хоть и недалеко, моя рука продолжала держать ее за подбородок. Но вот Катя качнула головой и рука упала.
— Нет.
Именно. Мое предложение она расшифровала верно, но сделает ли выводы? Признается ли?
— Зато могу появиться с женщиной…
Ну же давай!
— Зачем вам я?
Черт, похоже не обойтись без разговоров по душам. Никогда не любил.
— За этим, — я перехватил ее запястье и положил себе на грудь, убедился, что она смотрит на наши руки, только потом повел ее ладонь ниже, сам еле сдерживаясь, чтобы не закатить глаза и не застонать от прошибающих разрядов по позвоночнику.
Когда наши руки дошли до пресса, она первая не сдержала прерывистый вздох.
Да, черт, ты тоже сносишь мне крышу. Рад, что у нас это взаимно.
И все же зажмурился, когда довел её ладонь до лобка и сжал ее пальцы вокруг члена.
— Поэтому. У меня с самого начала на тебя нездоровая реакция. И я хочу, чтобы между нами не осталось никаких недоговоренностей, — прохрипел я, теряя настрой сейчас дожимать Катю, пока она дожимала меня.
И снова я перехватил инициативу, прижав ее к себе, удерживая за точеные, такие изящные скулы, надавливая пальцем на подбородок, чтобы открыть ей рот, и уже без тормозов наброситься, срывая всю накопленную страсть.
Девочка моя, такая сладкая, хрупкая, такая текучая в моих руках и податливая.
Я попытался подмять ее под себя, даже не ожидая встретить сопротивления, но Катя и тут меня удивила, надавив на плечи и оседлав сверху.
Да ладно? У меня от перспективы трахнуть ее по-настоящему закипела кровь.
Её алиби трещит по швам, ни один парень не выдержал бы такое давление между ног, а я еще от нетерпения поддаю вверх и сильнее сжимаю ее бедра, чтобы она чувствовала весь размер моего невыносимого напряжения.
И она реагирует, стоном, слабостью, затуманившимися глазами.
