Позывной «Курсант» — 2

— Что-то Ольга Константиновна сильно изменилась, — громко, со смешком, крикнул Корчагин. — Не приболела ли часом?

Панасыч резко повернулся к Матвею, зыркнув в его сторону злым взглядом.

— Да я просто… — тут же стушевался Корчагин. — Подумали, раз столовая, то снова этикет.

— А ты не думай, Склизкий. Не твое это — думать.

Вот тут охренели все. Кроме мужичка. Он просто не понял, в чем прикол. Впервые Шипко назвал кого-то из детдомовцев старым прозвищем. А это, между прочим, из ряда вон выходящее событие. Воспитатель как раз с первого дня за прозвища нас сильно дрюкал.

И вдруг — сам начал исполнять.

— Значит так, черти, — Панасыч снова уставился на нас раздраженным взглядом. — Перед вами один из талантливейших мастеров театрального искусства — Владимир Степанович. Фамилию называть не буду, она ни к чему. Он займется вашей подготовкой в актерском мастерстве.

Ну, а потом, собственно говоря, состоялся обмен мнениями. Ленька завел своё «не договаривались», Шипко открытым текстом послал и Леньку, и всех нас на хрен.

Однако желание великого театрального мастера пояснить пользу обучения лицедейству удивило детдомовцев еще больше. Это был третий раз, когда мы охренели за каких-то полчаса.

— Позвольте, товарищи, я вам в двух словах кое-что обрисую, — Владимир Степанович сделал несколько шагов в нашу сторону. — Давайте-ка представим, что вы, к примеру, чувствуете панику. Страх чувствуете или злость. А вам этого показывать никак нельзя. Иначе велик риск получить, я извиняюсь, пулю промеж глаз.

Как быть?

Он уставился на нас вопросительным взглядом. Хотя, почему, на нас. На них. На пацанов. Я, в отличие от своих товарищей, с самого начала прекрасно понял, зачем будущим разведчикам актерское мастерство. Этот де Фюнес советского разлива абсолютно прав. Ситуации могут возникать такие, что жопа будет подгорать. И тут главное — отлично сыграть свою роль. Улыбаться и веселиться, к примеру, когда понимаешь, что тебя вот-вот поймают за руку враги. Или наоборот, разыграть перед ними раскаяние, отчаяние, разочарование.

Да что угодно, в конце концов. Любую эмоцию. Поэтому лично у меня не было вопросов ни к Шипко, ни к театральному профи. К директору школы были. Это, да. Все тот же единственный вопрос. Почему на роль учителей надо выбирать таких странненьких личностей? Кроме Ольги Константиновны, конечно. Неужели во всей Москве не нашлось нормального актера или режиссёра, или кого там еще? Чтоб он производил немного другое впечатление, более серьезное.