Дежурная машина, такой же старый рыдван, как и личный транспорт самого полковника, надсадно завывая изношенным двигателем, подкатил к полковнику, и выскочивший из него инструктор по стрельбе быстро доложил:
– У нас ЧП, господин полковник. Кутята решили дуэль устроить, на «марголиных».
– Что значит дуэль? А ты куда смотрел? – растерялся полковник.
– Пока одной группой на рубеже занимался, остальные начудить успели.
– А патроны где взяли? – зарычал в ответ Иевлев.
– Там же, на линии подготовки. Кто ж знал, что у офицеров хватит ума оружием баловаться?! – покаянно опустив голову, ответил бывший снайпер.
– Сколько трупов? – собравшись с духом, спросил полковник.
– Только один раненый.
– Слава богу. Я уж подумал… Тяжело?
– Плечо прострелено.
– Поехали. Нашего эскулапа вызвали?
– Уже ковыряется.
– Ну, тогда поехали разборки учинять, – мрачно усмехнулся полковник, решительно направляясь к своей машине.
* * *Отказ подопытных выполнять такую нужную и, можно сказать, приятную во всех отношениях задачу профессор Лихтман воспринял как прямое оскорбление.
Сидя в своём кабинете, Роберт Карлович с тихой ненавистью пялился в экран монитора, мечтая выжечь мозги всему этому стаду, молча валявшемуся на своих кроватях.
Идея о применении хирургического вмешательства для подчинения участников эксперимента своей воле давно уже не давала ему покоя, но он отлично понимал, что, получив вместо отряда бойцов кучу безвольных кукол с замашками маньяков-убийц, генерал, недолго думая, поставит к стенке всех научных сотрудников этого проекта, начиная с самого профессора.
А такой расклад Лихтмана ни в коем случае не устраивал.
Идея лоботомии была не нова. Весь серьёзный научный мир знал о подобных экспериментах ещё со времён Второй мировой войны. Сам профессор впервые услышал о подобных опытах, будучи ещё мальчишкой, от своего отца. А тот от деда, вывезенного из Германии профессора медицины, работавшего на тогдашнее правительство Третьего рейха. Чувствуя, что проигрывают войну, фашисты пустили в ход всё, что только могли.
Одним из таких аргументов и стал проект по изготовлению смертников. Люди-торпеды управляли небольшими снарядами, начинёнными взрывчаткой, выводя их в борта проходящих мимо военных кораблей противника. Не имея под рукой так хорошо подготовленных патриотов, как это было в Японии, немецкое командование приняло решение использовать военнопленных, знакомых с тонкостями использования аквалангов.
Операция была отработана до мелочей.
