– Сам понимаешь, заявиться в штаб с таким обвинением, не имея на руках серьёзных доказательств, верх идиотизма.
– Знаю. Потому и приехал сюда.
– Объяснись? – насторожился полковник.
– Вы двое – гаранты моего воскрешения. Понимаю, проверки и долгих задушевных бесед мне не избежать, но главное, что я воскресну. А это значит, что тот, кто нас сдал, зашевелится. Сами понимаете, молчать я не стану, а значит, возникнет опасность. Ну, а то, что опасность нужно срочно устранять, любому дураку ясно, – чуть усмехнулся Никита.
– Собираешься его на себя, как на живца, ловить? – задумчиво почёсывая бритую голову, спросил Степаныч.
– Именно. Но самое главное, что вы должны будете сделать всё, чтобы оставить меня на базе. Надеюсь, это вы сделать сможете?
– В военное время? – с сарказмом спросил Иевлев.
– Ну, мои способности вам лучше всех известны, что я умею, тоже. Вот и выходит, что для обеспечения режима секретности мне самое место на базе. Вдруг на меня не вовремя накатит, где они тогда мне свежее мясо возьмут? Сами понимаете, это не шутка.
Подозревать меня в попытке побега глупо, раз уж я сам пришёл. Так что, командир, поможешь? – тихо спросил Никита, с надеждой глядя на Иевлева.
– Сделаю, что смогу, – помолчав, кивнул полковник.
– И вот ещё что. Нужно узнать, куда делся тот тощий профессор. В этих игрищах он ключевая фигура. Узнайте, куда его запихнули после нашего проекта.
– Зачем он тебе? – спросил полковник, с подозрением поглядывая на бойца.
– Не за тем, чтобы мстить, – покачал головой Никита.
– Я хочу вернуть себе своё настоящее тело. То, которое папа с мамой сделали. Короче, хочу выбить из него антидот. Я человек, а не зверь.
– Ты только не вздумай нашей службе безопасности ультиматум выдвинуть. Сгинешь ни за понюх табаку, – осторожно предупредил его прапорщик.
– Это если не подстраховаться, – жёстко усмехнулся Никита.
– Ты чего задумал, ирод?! – растерянно ахнул Степаныч.
– Хочу вернуть себе то, что принадлежит мне по праву, – жёстко ответил Никита, продолжая поглаживать кота.
– Ты где этого зверя взял? – неожиданно спросил Степаныч, с интересом поглядывая на благодушно дремлющего кота.
– Сам прибился. Видать, по людям соскучился. Так вместе полстраны и проехали, – улыбнулся Никита с неожиданной теплотой.
– Усищи знатные. Сразу видно, охотник, – усмехнулся в ответ Степаныч.
– Может, и так, я его за охотой не видел. Не до того было.
– И так видно. Крепкий, жилистый, а главное, причиндалы на месте. Такой всегда охотиться будет.
