Ахмадов после ему вроде записку написал: мол, не я твоих людей взорвал. Малик сказал ему: «Если врешь, я тебя на мелкие куски порежу!»
Аль-Шахри: А что еще он интересного сказал? Меня интересует.
Неизвестный: Сказал, что, если носит форму милиционера, все равно будет мстить. Сказал, что одни чеченцы против других воюют, а народ ничего не понимает. Говорит, надо, чтобы народ поднялся на эту войну. Он может назвать человека, который способен повести народ на эту войну. Сначала объяснит, что к чему, а потом поведет.
Аль-Шахри: И кто это может быть?
Неизвестный: Вряд ли Билан (Кантемиров). Скорее, Асланбек Давкаев, правая рука Джафаля Мустафы. Ты его знаешь. Они там рассчитывают на него. Сейчас, понимаешь, нельзя официальному лицу вставать во главе повстанческого движения. Малик на службе, Билан тоже, Казбек...
Аль-Шахри: Я слышал, что Малик сказал: мол, это моя война, и я буду решать, кто страной станет управлять."
"Неизвестный: Ты не путай того, кто будет управлять, а кто станет во главе отрядов. Две разные вещи, ну? Один судит, другой головы рубит.
Аль-Шахри: Если у Малика есть еще желание встретиться с Асланбеком, я устрою встречу.
Неизвестный: Договорились, я позвоню тебе.
* * *Договорились о мире?
Много, много вопросов не давало покоя генерал-полковнику Ленцу. Среди них один маленький, но очень значимый: не на все сто процентов подтвердилось, что пленником, который оставлял на стенах подвалов позывные, был российский военный, пропавший больше года назад.
На днях министр внутренних дел России ездил в командировку в Чечню, и на стол Игоря Александровича легла стенограмма с совещания, где присутствовали сам министр обороны России, глава администрации Чечни Казбек Надыров, начальник штаба УВД Чечни Саид Расулов.
Сам начальник Главного разведывательного управления тем временем докладывал министру обороны обстановку, в частности, в горном Дагестане, ловя, как обычно, неприязненные взгляды министра. Тот «докапывался», требовал деталей, а решений принимать не хотел. А все дело в том, что не было у начальника ГРУ приоритета, как у министра обороны или директора ФСБ, каждый понедельник докладывать главе государства положение дел «на земле и в воздухе» и вообще высказывать свою точку зрения.
Это уже не минус, а здоровенная черта, похожая на шлагбаум. Если что надо, Спрута «доставали» из «Аквариума» кремлевские рыбаки и везли в Кремль.
В Махачкале, Южном, в этом треклятом Южном, наблюдается активизация молодежных мусульманских центров.
