Прайм. Чужая земля

Что ни говори, а передвигаться верхом было гораздо комфортнее. Хотя некоторые минусы тоже имелись. Колючки на шкуре выбранной формы немилосердно кололи задницу. В прошлый раз я был слишком занят, чтобы обратить внимание на этот нюанс. Но на Хруме ехать не хотелось, а Архил постоянно орал. Ситуация…

Альфа стоял на месте и флегматично смотрел вдаль. Я поерзал на месте и слегка пнул питомца пятками. Ноль реакции.

—Чего стоим? — недовольно спросил я и получил в ответ косой взгляд и тяжёлый вздох.

Минута поисков закончилась выводом, что прямо сейчас ехать мы не можем.

У спутника просто не было на это энергии.

— А если так? — доставая из инвентаря и протягивая питомцу ячейку моридена, произнёс я.

Угощение исчезло в то же мгновение. Шкала энергии Альфы скачком наполнилась до половины и он сорвался с места. Обжора!

В ушах свистел ветер, но лес вокруг не превратился в зелёную полосу. Двигались мы не настолько быстро, как во время слияния. Но местные обитатели за нами гнаться не могли.

Дважды я видел убегающих с нашей дороги Хрумов.

Один раз следом пристроился Энариск, но быстро отстал. Ещё раз заметил в отдалении красный кокон хищного цветка. Сети хозяев ловушек были и в этой части Диара.

Через двадцать минут и одну дополнительную единицу моридена мы добрались до границы леса и вылетели на открытое пространство.

Возможно, стоило подойти к разведке более тщательно. Возможно, стоило остановиться заранее и осмотреться. Может тогда у нас был бы шанс обдумать своё решение или подготовиться. Но мы этого не сделали.

Я не сделал.

По периметру проплешины поднялось фиолетовое поле блокировки, а в воздухе над нами развернулось огромное полотно системного оповещения:

Альфа упёрся и пропахал лапами несколько метров. За нами поднялся шлейф жёлтой пыли, которая начала с тихим шорохом оседать на землю. Это был единственный звук, нарушавший тишину вокруг.

Я похлопал своего скакуна по шее и спрыгнул на землю. Питомец тревожно принюхался и недовольно фыркнул.

— Мне тоже не нравится, — угрюмо кивнул я.

В воздухе плавал лёгкий запах пересушенной земли и запустения. Так бывает в давно заброшенных зданиях где-нибудь в жарких странах, — Но имеем то, что имеем.

Земля вокруг была мертвой. Даже в пустыне есть жизнь. Мелкие растения, животные, приспособившиеся к суровым условиям насекомые… Здесь не было ничего. Только растрескавшаяся поверхность и здоровенный глиняный холм в центре пустого пространства.

Посреди бурлящих жизнью лесов Диара это место выглядело особенно жутко.