Прайс на мою студентку

— Неа, но сейчас сама обстановка прям располагает…

— Мой кабинет располагает покурить? — усмехается Андрей и тут же не выдерживает и смеется, а мое сердце замирает от щемящей нежности к нему. — Ты не будешь курить — мутер тебя в другой части квартиры почует.

— Хм, а нам не надо, чтобы мутер меня унюхала?

— Нет, — хитро улыбнулся герр, стиснул в ладони грудь и наклонился, чтобы поцеловать сосок.

— Мы сейчас поедем домой? Или можем остаться тут? — закинула я удочку, набираясь наглости и поглаживая кончиками пальцев его оголенную грудь, шире разводя полы расстегнутой рубашки.

— Я хотел бы пригласить тебя на ужин, — тихим грудным голосом ответил герр, отнимая мои пальцы от груди и прижимая кончики к губам, мягко целуя.

— Пригласи, — прошептала я завороженная его вниманием.

Но он снова тихо, обволакивающе засмеялся:

— Не могу. У рубашки почти все пуговицы вырваны с корнем, а брюки…

— Их только выбрасывать. В стирку с такими уликами сдавать их не рискну.

— Мутер? — предположила я.

— Андрей, я еще хочу, — не до конца уверенная, что у него это не было на раз.

— Не то. Моё имя. Произнеси?

Он зажмурился, продолжая прижимать меня к себе и ласкать поцелуями ладонь.

— Чего я так долго ждал? М? — на этот вопрос я не могла ответить, только припомнить ему сколько раз он оскорблял меня и отказывался, хотя я предлагала!

— Едем домой. Задача номер один — не попасться на глаза мутер.

— Я могу отвлечь ее, — предложила и тут же получила благодарную улыбку.

Собирались мы впопыхах. Просто Андрей постоянно трогал, отвлекал, прижимался и без тормозов налетал целовать.

С ума сойти можно, как он меня хочет!

И я наверно где-то сошла, когда счастливо жмурилась в машине, положив руку ему на бедро и сквозь ресницы разглядывая проносящиеся мимо пятна уличных фонарей, когда мерно покачивалась в кресле по заледеневшей дороге под звуки его любимой музыки, когда мы ввалились вместе в лифт и он прижал меня к стенке своим телом и прошептал в губы, что уже дико соскучился.

С ума сойти! Он! По мне!

Расскажи я Машке, что со мной случится за два месяца в столице — ни в жизнь не поверит. Я сама себе не верю, но крепко держу герра за шею, лижусь с ним и тащусь от его похотливых настойчивых поползновений под мою форменную юбку.

— Ты хочешь есть? — шепчет в ухо, а я дымлюсь от возбуждения, кусаю губы, чтобы не застонать.

— Не очень… М-м-мм… Мутер велела следить за… ах… фигурой.