Прайс на мою студентку

— У меня тоже сегодня выходной, так что пойди помоги Гансу. Заодно и займешься.

Мутер кинула меня на Ганса, а тот оказался прикольным старикашкой. После очередной полировки серебра, я совратила его на игру со мной в картишки. Сначала выигрывала, но Ганс размялся, быстро сообразил, и биться стало сложнее, но интереснее.

Я внимательно следила за выбывающими картами, чтобы вычислить какие могут быть у него на руках.

— А давай для интереса играть на деньги? — в азарте предложила я.

— У тебя еще не отобрали?

Надула губы и помчалась в комнату за сбережениями.

Гости в нашем доме были нечасто, и по раз и навсегда заведенному расписанию. Немец пользовался своим ключом. Всяких рассыльных наверх не допускал консьерж.

Так что звонок нас всех встревожил.

— Ганс, выйди, посмотри.

Он чуть склонил голову и исчез в прихожей. А через пять минут в столовую во всем шик-блеске влетела молодая шалава, окинула нас с мутер пристальным взглядом и заявила:

Я думала мутер будет побойчее, но кажется, онемение напало на всех нас, кроме гостьи.

— Андрей не говорил обо мне? Не удивлена. Я просила переехать его ко мне, но он так заботится о вас, Аделаида Марковна. Он такой добрый и чуткий…

— Кто? Андрэ?! — наконец отмерла мутер, и в ее голосе прям ощущались язвительные нотки.

Вот уж точно, обозвать фрица чутким, как в колодец плюнуть.

— Я решила не давить, а дать ему познакомить нас. Аделаида Марковна, Андрей… он дома?

— Нет.

— Оу-у-у, — разочарованно протянула невеста-тили-тесто. — Как же… Я была уверена, что в воскресенье он будет дома!

И вот попала она в сердце мутер, та тоже отчитывала фрица за вечную тягу к работе.

— Вы можете подождать. Полагаю, что Андрэ долго там не задержится. Присаживайтесь. Ганс, накрой… ммм…

— Марина. Марина Игоревна Горская. Кандидат. Диссертацию защищала у Андрея Оттовича, — улыбнулась Марина.

— Бывшая аспирантка? — понимающе протянула мутер.

— Он был самым лучшим куратором!

Ганс уже накрыл для бывшей фрица чайную пару и разлил по нашим чашкам горячий чай. Мутер всегда пила кипяток и запрещала разбавлять. А я все никак не могла привыкнуть и обжигала губы, вот и сейчас дёрнулась и застонала, отставляя горяченную чашку.

Марина уже поглядывала на меня, но мутер вцепилась в невесту бульдожьей хваткой.

— Так расскажите мне всё! Что у вас с Андрэ? Какие планы? Два года — это очень много.

— О, да.