Прайс на мою студентку

Мутер закатила глаза, и снова Ганс пришел ей на помощь:

— Видите ли, фроляйн Елена, к каждому вину нужно подобрать закуску…

— Вино не закусывают, Ганс, — съязвила я. — Это те не водка!

— И все же вино употребляют с определенной пищей, оно должно быть выдержано в определенной температуре и подаваться в определенном фужере. Это сложнее, фроляйн, чем выучить двенадцать столовых приборов.

Я покраснела. Вот умеет же гад ткнуть в больное!

— Ладно, вернемся к долбанному чаю.

— К элитному сортовому.

И я снова заваривала и разливала.

— Ну не буду же я на барбекю разливать долб… э-элитный чай?

— На барбекю нет, а завтра, на нашем вечере — да.

— Я чо, чай буду разливать? А в покер меня не возьмете, что ли?

Мутер так посмотрела на Ганса, что тот впервые потерял все свое хладнокровие.

— Ты научил ее играть в покер? — ледяным голосом мутер отчитывала Ганса, а мне пришлось подскочить и закрыть его грудью.

Но Ганс отстранил меня:

— Фрау Швайгер, иногда фроляйн Елену лучше чем-то занять, а не позволять изучать покои герра профессора Швайгера.

И они странно переглянулись, после чего мутер согласилась! Вот так запросто Ганс свинтил от гнева фрау. Надо тоже научиться так глядеть на нее. И на фрица.

— Так чо? Я могу завтра с вами сыграть?

— Не уверена. Сначала ты выучишь чайную церемонию, потом попробуешь обыграть меня.

Вечером я в благодушном настроение встречала герра, уверенная, что после того как сделала маменьку в картишки, завтра я как следует тряхну ее подруженций.

Что будет дальше, я не загадывала. Сама перспектива снять побольше бабла кружила голову!

Про месть свою я тоже напрочь забыла, вспомнила только, когда мы с фрицем разошлись по комнатам, я еще не успела закрыть дверь, как он бацнул своей дверью:

— Ганс! Ганс!!! Я же просил сменить бельё!

Ганс что-то там оправдывался, но я уже успела закрыть дверь и даже подпереть стулом. Чем уж там дело кончилось — не знаю, но наутро Ганс был жив, профессор зол, а мутер не в духе.

— Аделаида Марковна, у нас все в силе? Вы только не задумайте заболеть, или приступ там какой.

Фриц на меня цикнул, но наконец-то обратил внимание на мать. Ганс принес тонометр и всё дело оказалось в давлении.

— Полежи в своей комнате, я вызову врача.

— Чем он мне поможет? Андрэ, успокойся, я выпью таблетки и постараюсь меньше волноваться, а то последние дни просто добавили нервозности.

— Ничего страшного, Андрэ, я же мать, я же всё понимаю.