Демилич — это лич в квадрате, а архилич — столетнее воплощение демилича.
Лич — концентрация ненависти, а демилич ещё и коварства, и хитрости. Зато личи обладают более грубой силой, а вот архиличу она не нужна, он, может, и уязвим в ближнем бою, но вряд ли удастся к нему подобраться…
— А ты чего здесь? — прозвучал рядом сонный голос, заставив меня вздрогнуть.
— Фабиана… — облегчённо выдохнула я и улыбнулась. — Как самочувствие?
Соседка хотела пожать плечами, но поморщилась и дёрнула головой.
— Болит, но уже не так сильно.
Магические раны сложнее заживают. Так Ноа Фейн сказал.
— Надеюсь, скоро ты поправишься полностью. Пойдём обедать? Сможешь?
Фабиана активно закивала, отчего рыжие волосы разметались в разные стороны. Мы двинулись к лестничной площадке, но по пути наткнулись на Джастина. Парень замер, насупившись, сжимая ладони в кулаки. И не понятно, то ли побить нас хочет, то ли извиниться.
— Я не хотел, — процедил он сквозь зубы. — Прости, что так вышло.
— Это тебя магистр Форд заставил прийти? — поинтересовалась я скептически.
— Твои слова звучат не очень-то убедительно. Ты повёл себя безрассудно, но не признаешь вину, — отодвинула Фабиану себе за спину и вместе с ней обошла парня. — Подумай над тем, что некроманты работают парами. Тебе придётся нести ответственность за жизнь товарища. Сможешь ли ты?
Мне даже было немного жаль парня. В конце концов, можно сказать, его спровоцировали. Но разве некромант не должен оттачивать самоконтроль? Если Джастин так легко вышел из себя, то что произойдёт в реальной стычке с нежитью?
Мы пообедали и отправились гулять с Вильгельмом.
Снова. Ректора дома не было, зато дверь, как всегда, оказалась открыта. Бигль встречал нас радостным вилянием зада.
— Он такой смешной, — улыбнулась Фабиана, выходя с псом на улицу.
— И слюнявый, — брезгливо скривилась я, вытирая мокрые пальцы о низ платья, и захлопнула дверь.
Пустырь, о котором говорила соседка, находился за кладбищем. Мы обогнули его по правой стороне и поднялись на небольшой холм.
Вильгельм радостно хватал пастью листья и трепал их, будто это тряпка или его любимая игрушка.
Тихо шелестели пожелтевшие кроны деревьев, ветра практически не было, и такая тишина казалась немного мрачной и пугающей. Хоть бы ворона где каркнула.
— Лес чистый от захоронений, — произнесла Фабиана, крутясь на месте. — Так куратор говорил. Так что можно спокойно попрактиковаться, не боясь поднять умертвие другое.
