Практикум

Второй пока отражал выпады теневика, молниеносно распадаясь и собираясь для ответных атак. Нет, так дело не пойдет. Необходимо кардинальным образом что-то менять. Иначе сначала эти мерзавцы расправятся со мной, а потом с теневиком. Не то, чтобы судьба песоящера заботила больше собственной. Но в данном случае мы связаны.

Банальный силовой удар заставил моего противника покачнуться (зараза, даже не рассыпался, уверенный в своем могуществе), а я применил видимую аппарацию, оказавшись за спиной второго обидчика. Впервые за все время бытности магом сила так быстро хлынула из тела.

Кожа на заломивших от боли пальцах полопалась, не готовая к такому исходу энергии, ногти потрескались, а сами руки ходили ходуном. Однако воздух вокруг иншия загустел быстрее, чем тот понял, что сейчас произойдет.

Наверное, будь я дальше, подобный фокус бы не удался. Да и момент был выбран более, чем удачный. Инший только «собрался» после выпада теневика. И замер для того, чтобы получить второй удар. Черный хвост мелькнул в холодной темноте.

Одного жала хватило, чтобы пробить грудину, а жадная до чужой силы пасть тут же припала к зияющей ране.

Извини, дружок, но у меня не входило в планы дать тебе наесться. Скотину действительно нужно кормить. Однако совершенно в другом месте. В мои руках сверкнул фамильный нож, и голова иномирца отлетела в сторону будто скошенный качан капусты. Хорошо, сильно перемороженный качан капусты.

Короткая мысль оглушила почище прямого удара в голову — я убил иншия. Наверное, один из немногочисленных магов за всю историю редких противостояний.

Жаль, что упиваться собственной победой пришлось недолго. Теневик утробно заворчал, недовольный скорой расправой, но тут же повернулся ко второму врагу. А я на всякий случай приготовился скастовать Расщепление.

Однако выживший инший все понял правильно. Он еще какое-то время напряженно смотрел на нас, а после неторопливо поплыл прочь, осознавая случившееся. Пришлый маг убил его собрата с помощью теневика. Перемирие полетело к чертям.

И грядущее сулило лишь одно — войну. Войну, в которой, как я надеялся, мы не примем участие.

Теневик не опустил чешую, пока инший не скрылся за горизонтом. Только тогда мой защитник фыркнул и неторопливо прижал хвост к земле. Он подошел ко мне, обнюхивая своего двуногого приятеля, а холодный, пробирающий до мурашек по спине, язык коснулся моей щеки.

— В прошлый раз ты хотел уйти отсюда со мной. Помнишь? — погладил я его.

Ответом мне стал внимательный взгляд.