Практикум

Хорошо, что я успел увидеть его немного в бою. Хотя вряд ли это станет решительным преимуществом. И вот в момент, когда магическая энергия должна была выплеснуться, нас грозно окликнули:

— Вы чего тут устроили?!

Куракин молниеносно изменился в лице, мгновенно подавив рвущийся наружу выплеск. Да и я сам немного растерялся. Стоило ли говорить, что мы сразу же сделали то, в чем нас несправедливо упрекали?

— Вы издеваетесь, что ли? Ну-ка прекратите на меня смотреть и быстро снимите отсюда!

— Так прекратить смотреть или снять? — спросил я, искоса поглядывая на Сашу.

— Снимите меня живо!

Я взмахнул рукой и остатки пораженного молнией дерева с хрустом сломались. А следом за этим с грациозностью мешка картошки брякнулась на холодную землю и Терлецкая.

— Кузнецов, дурак ты такой, нельзя аккуратнее?! А теперь отвернитесь!

Мы послушались, будто у нас был какой-то другой выход. В беседе с разъяренной девушкой самое благоразумное вести себя так, чтобы не злить ее еще больше.

— Ты же не думаешь, что я бы тебе что-нибудь сделал? — с легкой улыбкой спросил Куракин.

— Хочешь сказать, мне показалось?

— Хотел бы я тебя убить, дождался бы, пока это сделает Юдо, — пожал плечами высокородный.

Звучало это, конечно, предельно логично. Но глядя в эти нахальные глаза, полные лжи и пренебрежения ко всем, кто родился под неправильной фамилией, больше всего хотелось рихтануть Куракину нос. И понятно, что я ему не верил от слова совсем. Зато был своего рода благодарен за науку.

Тем временем Света приоделась, если можно так выразиться. Юдо нетерпеливо срывал с нее одежду, оттого порванная до половины юбка открывала часть длинных ног. А если учесть, что совсем недавно я видел, куда эти ноги приводят… В общем, не смотреть на Терлецкую тупым взглядом и не ронять слюни потребовало больших сил, чем я ожидал.

— Ты как? Идти можешь? — спросил я.

— Ага, — ответила Света и тут же чуть не рухнула на землю.

— Давай понесу тебя, — сказал я, взваливая ее на руки.

— Будем меняться, — категорично заявил Куракин с некоторой обидой.

Я пожал плечами, мол, пожалуйста. Хотя чего он вдруг возбудился. Сам же от невесты отказался. Или тогда ему не демонстрировали ее голышом? Стоило Светке оказаться на руках, грудь пронзило болью. Только очень странной. От нее чуть подкашивались ноги, внутри все переворачивалось и низ живота начинал как-то непонятно ныть.