Практикум

— Вызовы! Все лидеры групп, кроме Никифоровской, ко мне!

— Я думал, он хоть пару дней даст отлежаться, — сквозь сон простонал Рамиль.

Я наспех оделся и выскочил в гостиную, где уже стояли Горленко, Тинеев и Куракин. Так, этому-то чего здесь надо? Увидев меня, Саша подленько улыбнулся своей фирменной ухмылкой. Мол, сейчас что-то сейчас будет…. Коршун тоже обратил на меня внимание. Только был более многословен.

— Кузнецов, ты куда выперся? Иди спать, пока можно. В этот раз группу поведет Куракин.

Как можно было описать мое состояние? Злость, негодование, опустошение? Вряд ли.

В глубине души я понимал, что как лидер действительно провалил первый вызов. И логично, что член группы, получивший наивысший балл, занял мое место. И все бы хорошо, не будь это Куракин.

В таком потрепанном состоянии я сидел возле пруда, ожидая… не знаю чего. Что сейчас из ниоткуда возникнет Якут и скажет, что все не так уж плохо. Но он, наверное, уже был на передовой. Вместо него появился совершенно другой человек.

Приближение которого я сразу почувствовал.

— Подбираться к волшебнику со спины не самая удачная затея, — сказал я, не поворачиваясь.

— Как и мерзнуть возле пруда, — теперь уже не таясь, ответила Терлецкая.

Она подошла и села рядом, вытянув длинные ноги. Я мельком пробежал по ним глазами и тут же отвернулся. Светка обладала редким для девушек качеством — одень ее хоть в рубище, она все равно будет выглядеть отлично. А учитывая облегающую школьную форму, которую словно на нее шили, черные колготки и явно не уставные ботинки, ей даже напрягаться не приходилось.

Как правило, другие женщины про таких говорят завистливо «ведьма», но нет, Терлецкая была самой обычной волшебницей. Богатой, из древнего рода, с практически идеальной внешностью и телом. Ладно, получается, что не такой уж обычной.

— Максим, я вообще-то спасибо хотела сказать.

— Если хочешь, то говори, — пожал плечами я.

— Я знаю, что это ты меня нашел, — не обратила она внимание на мою колкость Терлецкая.

 — И знаю как. Мы соединены, пока действует заклятие.

— Есть способ как-то нейтрализовать его? — я повернулся к ней.

Терлецкая была серьезна, но не холодна, как обычно. Скорее задумчива.

— Есть. Самый простой, чтобы один из нас умер. Этот шанс ты благополучно профукал. А уж я не заинтересована, чтобы ты погиб.

— Второй, — проигнорировала мой вопрос Светка, — менее травматичный. Любовное заклятие теряет силу, когда достигает конечной цели.