Чем быстрее они начнут сбивать вертолеты и самолеты, тем быстрее проклятые шурави уйдут отсюда. Осторожный и рассудительный Рахмат Шах не поддерживал его точку зрения, а вот Али Хадид был полностью солидарен с Абдулматином. Вместе они и разработали план.
Ночью они собирались вывезти пару «Стингеров», чтобы втайне от советника использовать их на одном из участков, где летали советские Ми-24. Для этого уже все было готово — подготовлено два пикапа с пулеметами, люди проинструктированы и вооружены. Группа для диверсии подготовлена.
А ПЗРК взяты со склада, который как раз таки и охранялся моджахедами. Вскрыть его не составило труда. Американцы даже ни о чем не догадаются, пока его люди сами не привезут им доказательства того, что «Стингеры» в их руках это грозная сила…
Через шесть часов, в темное время суток, два пикапа, тихо выдвинулись на точку.Преодолев Афгано-Пакистанскую границу, они остановились в глухом ущелье, в двадцати километрах от Асадабада. Душманы знали, что здесь есть воздушный коридор, по которому СССР доставляет на аэродром различные грузы, в том числе вооружение, боеприпасы и людей.
Замаскировавшись на склоне одной из сопок, духи под руководством Абдулматина принялись ждать. И уже через полтора часа, самые зоркие разглядели в небе приближающийся транспортный самолет.
— Три километра… — пробормотал полевой командир, глядя в бинокль на самолет, который согласно правилам, приглушил сигнальные огни. — Первый расчет, заряжай.
Один из моджахедов, вскинул на плечо пусковую установку, с уже заряженной ракетой.
— Саид, давай. Стреляй, как будешь готов!
Через несколько секунд, раздался громкий хлопок, вслед за которым послышался шипяще-свистящий звук, символизирующий, что зенитная ракета пошла к цели…
Глава 12
Противостояние
Я внутренне приготовился к тому, что возможно, сейчас он захочет применить имеющееся у него огнестрельное оружие. Вряд ли человек с рукой на перевязи сможет что-то мне противопоставить без дополнительных средств.
В этом я был уверен.
Но нет, ничего такого не произошло. Александр просто закрыл дверь в купе, опустился на сиденье, вытянул ноги и тяжко выдохнул.
— Ну и денек был… — произнес он, посмотрев на лампочку дежурного освещения купе.
— Все так плохо? — поинтересовался я, также усевшись на сиденье, но чуть дальше, рядом со столиком.
— С какой стороны ни посмотри, везде проблемы! — пояснил он.
А я анализировал его поведение из того, что мне уже довелось увидеть.
