Правь Амбером!

 – Он тебя знает?

– Конечно. Мы все встречались с ним. Каждый житель Хаоса. Он решает, когда ты можешь войти в Логрус – и можешь ли вообще. А иногда он дает тебе совет, хочешь ты того или нет.

Это меня заинтересовало. Если между могущественными волшебными объектами существует хоть какое-то сходство, возможно, советы Теллопса касательно Логруса можно применить и к Огненному Пути. Я был уверен, что, если бы мне удалось овладеть Узором и скрытыми в нем силами, для нас все стало бы гораздо проще.

– А что за совет? – спросил я.

– Когда пришла моя очередь войти туда, он велел мне взять с собой зеркало. Я взяла, и оно сделалось волшебным. – Голос Блейзе сделался хриплым. – Впрочем, теперь его я лишилась.

– А разве ты не можешь забрать его?

В конце концов, Эйбер мог при помощи Логруса достать издалека почти все, что угодно. Такой маленький предмет, как зеркало, не должен причинять особых хлопот. А волшебное зеркало могло бы пригодиться нам здесь.

Блейзе пожала плечами.

– Я попробую попозже. Мне его не хватает.

– Оно всегда показывало мне правду. Даже когда та была неприятной.

Любопытно. К несчастью, прямо сейчас правда не казалась мне особенно полезной. Я и так ее знал: наш отец свихнулся, а мы понятия не имеем, как ему помочь.

Что мне было нужно на самом деле, так это план ^ Действий. Если существует хоть малейшая возможность, что этот Теллопс способен помочь отцу, надо изыскать способ притащить его сюда.

Я глубоко вздохнул и заставил себя успокоиться. Спешка Никогда на пользу не идет. Я попытался мысленно вернуться назад. Мне всегда помогало, если я пытался взглянуть на проблему под другим углом.

Если нельзя привести Теллопса сюда... может, можно отвести отца к Теллопсу? Да, король Утор назначил награду за наши головы, но я могу изменить внешность по собственному желанию. Судя по тому, что я видел, другие жители Хаоса тоже обладают этой способностью. Возможно, и Блейзе тоже.

Дойдя до этого места в своих рассуждениях, я едва не рассмеялся вслух. Что за чушь! Мы не можем вот просто так взять и отправиться во вражескую цитадель из одной лишь смутной надежды, что кто-то там, возможно, способен вылечить нашего отца. С тем же успехом мы могли бы постучать в ворота дворца и попросить, чтобы нас арестовали или убили.