Правь Амбером!

– Лорд? – Док Хэнд приподнял кустистые брови. – Нечасто ко мне обращаются аристократы.

– Убирайтесь, – бесцеремонно заявил отец, указав на дверь. – Вы мне нужны не больше, чем дырка в голове. Точнее, меньше.

Док Хэнд хмыкнул и поставил саквояж на кровать.

– А вот об этом, ваша светлость, предоставьте судить мне. Значит, говорите, припадки?

– Оберон... – предостерегающе произнес было отец.

– Ему, похоже, стало намного лучше, – почти виновато сказал я доктору.

– Со мной все в порядке, – огрызнулся отец.

– Вздор.

—Док Хэнд наклонился и внимательно взглянул отцу в глаза. – Вы совершенно определенно не в порядке. У вас сотрясение, сэр. Я это ясно вижу по глазам. Вас изрядно избили... я бы предположил, что дважды, если судить по виду синяков. Один раз вчера, и один – сегодня утром. Сотрясение вы получили вчера. Ну так как, позволите вы вас лечить, или мне придется попросить этих крепких парней посидеть на вас, пока я буду работать?

Отец обвел всех гневным взглядом. Я постарался напустить на себя вид спокойный, но угрожающий.

Пожалуй, сотрясение многое объясняло.

– Ладно! – в конце концов рявкнул отец и сел на край кровати. —Давайте, приступайте!

Я посмотрел на доктора с восхищением. Я впервые видел, чтобы кому-то удалось успешно шантажировать отца. На Эйбера это явно произвело не меньшее впечатление.

Доктор хмыкнул и поочередно приподнял отцу веки, внимательно изучая глаза. Потом ощупал отцу голову, выискивая шишки. Потом отступил на шаг.

– Припадки? – сказал доктор. – Я не вижу ни малейшего их признака.

Зато вы тот еще драчун. Я вижу шрамы от десятков схваток, полученные за много лет. Но кто устроил вам такое сотрясение, а? Тут не было драки. Кто-то ударил вас сзади... внезапно?

– Я... я не помню, – сказал отец.

– Не удивляюсь. – Док Хэнд посмотрел на нас с Эйбером. – Парни? Есть какая-нибудь идея?

– Нас там не было, – сказал я.

Прежде чем я успел ему помешать, доктор схватил меня за правую руку и повернул ее. На ней по-прежнему красовались две свежие резаные раны, оставшиеся после драки с отцом, одна на тыльной стороне запястья, вторая на предплечье.

Доктор поцокал языком.

– Ты дрался, паренек. То ли лупил своего папашу, то ли защищал – вот в чем вопрос.

– Вы наблюдательны, – сказал я, отдергивая руку. От взыскательного взгляда старого доктора мне было как-то не по себе. – Но в вас нуждается мой отец, а не я.

– О, я лечу всех, кто нуждается в лечении, – хохотнул доктор. – Ты будешь следующим, паренек.

Я вздохнул.