Правь Амбером!

Мы находились в пустой комнате: голые стены, обшитые деревянными панелями, дощатый пол, высокий потолок с балками.

Блейзе оказалась жива и уже успела опустить блузу. Волшебство завершилось. Мы все уцелели.

Отец помог Блейзе подняться; я помог Фреде. Фреда отчаянно вцепилась в меня; по лицу ее ручьями текли слезы. Потом она крепко обняла отца и Блейзе и улыбнулась нам сквозь слезы.

– Я знала, что вы придете! – сказала она. Она крепко сжала мою руку. Ее трясло, и она никак не могла унять дрожь.

– Конечно, мы пришли, – сказал я.

– Я все время продолжала надеяться.

Я улыбнулся и убрал с ее лица прилипшую прядь волос.

– Пойдем. Эйбер ждет нас на постоялом дворе. Я вытащил Карту Эйбера, но отец накрыл ее рукой, блокируя контакт.

– Нет, – сказал он. – Теллопс его уничтожит. Прибереги его до Тени.

– Тогда как мы отсюда выберемся? – спросил я. – Может, мне нарисовать еще одну Карту? Или ты нарисуешь?

– Поздно, слишком поздно! – воскликнул отец, взглянув на дверь, и внезапно на лице его промелькнул ужас.

Меня пробрала дрожь. Откуда-то снаружи доносилось низкое «бух-бух-бух». Пол от этого грохота вибрировал, и звук дрожью отдавался в подошвах сапог. Что-то приближалось к нам. Что-то большое. И, похоже, оно было совсем рядом.

Я проглотил вставший в горле комок и взглянул на отца.

– Что будем делать? – поинтересовался я.

Он улыбнулся, почти философски.

– В прошлый раз ты вышел отсюда живым.

– В прошлый раз мы встретились на Грани; где сходятся Тени Хаоса и Пути.

– На нейтральной территории, – заметил я.

– В Хаосе происходят ужасные вещи. Теллопс наконец-то выбрал, на чьей стороне он будет. Когда я сказал ему, что хочу получить Фреду обратно, он... попытался уничтожить меня. Мне едва-едва удалось бежать. Здесь же, у него в доме, когда Логрус совсем рядом... – Отец сглотнул. – ...его силы наверняка возрастут вдесятеро.

– Самая опасная крыса – крыса, загнанная в угол, – сказал я. – С его стороны было бы разумнее дать нам уйти.

– Дверь, Оберон! – позвал отец.

На внутренней стороне двери появилось лицо.

– Не открывай Теллопсу!

Лицо нахмурилось, но сказало:

– Я повинуюсь, но это будет стоить мне жизни.

Внезапно шум прекратился. Теллопс дошел до двери. Дверь застонала и содрогнулась; с другой стороны на нее посыпались чудовищные удары. Дерево затрещало.

Блейзе выронила меч. Я подхватил его и кинулся к двери.

– Нет! – крикнул отец.