Правила бунта

Чувствую это — горячее, плотное давление, нарастающее между моих ног, поднимающееся в мою сердцевину. Я кончу, когда он пальцами войдет в меня, а тыльной стороной ладони будет работать над моим клитором, и весь мир взорвется.

Дэш кладет ладонь мне на грудь, его ошеломленное, полное похоти выражение лица делает его почти сонным.

— Черт. — Я вижу очертания слова на его губах, и меня пробирает дрожь по всему телу. Боже, это... это…

Я трусь о его руку, мой темп ускоряется, и Дэш издает хриплый, болезненный стон.

— Черт, я не могу.

Мне жаль. Я должен. — Быстро, как молния, тот перемещается из-за моей спины, в следующее мгновение его штаны спущены на бедра, и он устраивается между моими ногами, а затем… о, черт, парень толкается в меня.

Его член такой чертовски толстый. Я полна им, все еще растягиваясь, чтобы приспособиться к его размеру, когда Дэш начинает двигаться во мне.

— Господи, черт возьми, Кэрри, — рычит он. — Ты такая чертовски красивая. — Парень подтягивается, положив руки по обе стороны от моей головы, и удерживает меня на месте, глубоко целуя, пока трахает.

Его тяжесть. Его запах. Его задыхающийся шепот на ухо. Слабая соленость его пота на моем языке. Сам его вид, его мощные мускулы, двигающиеся под красивой, загорелой кожей. Боже, он подавляет все мои чувства, делая неспособной воспринимать что-либо, кроме него.

Когда кончаю, я цепляюсь за него, и это уже слишком. Я так переполнена им и эмоциями, что чувствую, что вот-вот разрыдаюсь. Или рассмеюсь. Даже не знаю, как буду реагировать.

Я слишком напугана, чтобы просто дышать.

Дэш крепче обнимает меня, его тело напрягается, когда тоже кончает.

— Боже, Стелла. Подожди. — Он толкается глубоко и сильно, стискивая зубы, и мой оргазм усиливается втрое.

Дэш рычит, пока трахает меня, пальцами впивается в мою кожу, а зубами находит впадинку на моей шее. Мое зрение затуманивается.

Спуск вниз так же сладок, как и подъем. Мне кажется, что я плыву, дрейфую, погружаюсь в матрас. Дэш на мгновение ложится на меня, переводя дыхание, и мы вдвоем просто лежим.

Это те моменты, ради которых я живу. Эта блаженная тишина, запутанная в темноте, питает мою душу так, как я никогда не представляла себе возможным. Через некоторое время Дэш приподнимается на локте, чтобы посмотреть на меня сверху вниз. Он убирает влажные от пота локоны с моего лица, тихо напевая. Проводит кончиками пальцев по моему лбу, вниз по виску, вниз по переносице. И затем, очень тихо, говорит:

— Я хотел бы тебе кое-что сказать.