Правила обманутой жены

Прошло романтическое настроение от ностальгических воспоминаний молодости. Сейчас я точно знала, что не хочу близости со своим мужем.

Дверь в кабинет Платона приоткрылась от сквозняка. Он сидел возле компьютера, озабоченно хмуря брови. Такой красивый, в светло-сером костюме стального отлива и черном гольфе. И я вдруг поняла, почему не хочу Диму. Причина сидела напротив меня. Кажется, я стала никейвой — как говорит Соломоновна. Живу с одним, вспоминаю другого. Как он обнимал меня там, в кухне! С ним было тепло, спокойно и безопасно.

То, что я приняла за снобизм, было элементарной самозащитой. Желанием отгородиться от всех. Так делают люди, которые скрывают свою боль. Так делаю я.

У меня нет подруг, кроме Соломоновны. Хотя каждый день я сталкиваюсь с огромным количеством людей. Многие из них мне симпатизируют. А я от всех отгораживаюсь ледяной стеной. Потому что врать мне противно. А рассказать правду невозможно. Слишком больно.

Платон такой же. Меня и Сережу он впустил в свою жизнь. И сыночку там понравилось. И мне тоже. Хотя как-то не думала об этом до нынешнего момента. Наверное, потому, что думать мне сейчас некогда. Мысли скачут, как сумасшедшие. В голове туман. В сердце… гулко стуча костями, идет армия мертвых. Как в сериале «Игра Престолов». Зима близко. Зима моего сердца. Я, как эти мертвецы, иду вперед не потому, что хочу, а потому, что нужно. Меня гонит страх. И этот страх — мой Король Ночи, который управляет армией мертвых.

Вечером я приготовила Сереженьке ужин. Быстро сварила и размяла картофельное пюре, обжарила фарш с грибами и луком, добавила к пюре яйцо и немного муки, выложила всё слоями в форму, намазала верхний картофельный слой сметаной и запекла. Сынок ел вяло, без аппетита. И не поднимал головы от тарелки.

— В школе все в порядке? Как контрольная?

— Все хорошо. Написал, — он без энтузиазма ковырнул вилкой запеканку.

— Милый, нам с папой нужно уйти. Мы будем поздно. Я волнуюсь, что ты дома один.

— Нет, мам! — он отложил вилку и испуганно округлил глаза. — Пожалуйста!

— Да что с тобой? — я отодвинула чашку с чаем. — Виолетта очень любит тебя. Она хорошая.

— Это да. Но она все время кричит.

— Нет, она просто так разговаривает. И все время меня кормит. Я не могу столько есть. А она не слушает.

Я рассмеялась и обняла его.

— Лучше я один. Правда. Мне нужно уроки доделать и рисовать.