Правила

Она была выше меня, с длинными чёрными блестящими волосами, которые выгладили дорого и шикарно. Она не походила на своего деда, кроме выражения на лице. Жёсткие глаза, губы улыбаются, но не сильно. Они кричали, что Вы ничто, я могу делать всё, что хочу.

Внезапно я оказалась маленькой и застрявшей в этой лаборатории снова, из которой нет выхода, и доктор Джейкобс говорит мне, что это нормально, если я не хочу сотрудничать. Пока я не возражаю, я нахожусь одна в темноте, в течение нескольких дней. В конце концов, он не сможет заплатить своей бригаде, чтобы находиться здесь, если я продолжу тратить их время.

Над головой замерцали огни, и я не могла их остановить. Хуже того, я была не уверена, что хотела этого. Вторя звуку популярности, как электрические лампочки взорвались, и стекла посыпались.

Люди начали кричать и суетиться, Дженна забыла свои страдания, ради своей защиты. Один из преданных Рейчел, Трей, я думаю, что так его зовут, бросился к Рейчел и потянул её прочь.

Ах да, я везде вселяла страх в сердца людей.

Моя Земля — дом отца? Расстояние уменьшается.

Глава 2 (Зейн Брэдшоу)

— Да что она о себе возомнила!? — громко причитала Рейчел, испуская пар.

С момента утренних событий с участием Арианы Такер и Дженны Мэйборн прошло без малого двенадцать часов, но Джейкобс по-прежнему не могла успокоиться.

Я покачал головой. Если Рейчел не получает то, чего она хочет, то просто обязана сделать жизнь других людей невыносимой — это было известно всем.

Растянувшись на двух деревянных лавках на заднем дворе Джейкобсов, прикрыв глаза, мои ноги все равно свисали с них — конечно, один из серьезных недостатков моей жизни, это шесть футов и четыре дюйма роста. Но это не причиняло мне неудобств, так как я легко мог двигаться. Я взял и открыл третье пиво, которое лежало на моем животе. Пена скатилась по бутылке между пальцев, оставляя мокрое и прохладное пятно на рубашке.

В нескольких шагах от меня Рейчел и близняшки — её самые близкие и самые дорогие подруги — жаловались на Ариану.

— Рейчел, разве Такер не единственная, кто была в нашем классе вечность, — заметила Ками Эндрюс, акцентируя своё недоверие шлепком по воде.

— После смерти матери, она переехала сюда из Огайо к отцу, — девушка сделала паузу. — Кажется, раньше она была больна или что-то вроде того. Но теперь ей лучше.