Правила

Я думала, что обучилась этому много лет назад. Это только доказывало, насколько сильно он застал меня врасплох. Из всех людей, Зейн Брэдшоу завел меня в тупик.

Говоря об этом, он хотел отдать должное Рейчел.

Большую часть времени, чтение мыслей было очень сомнительным делом. Человеческий разум это бурлящая масса полу-законченных наблюдений, мимолетных ощущений и эмоций, и воображаемых сценариев, проигрывающихся на невидимом экране. Это было одной из причин, почему мой отец предостерегал меня от использования способности, в качестве основы для принятия решения.

Когда человек взволнован, очень сложно определить ход его мыслей. Эмоции переполняют человека и почти блокируют все остальное. Но эти эмоции, когда не хватает нужных деталей и оттенки серого, затуманивающие сознательные мысли, могут подсказать линию поведения, основанную на вашем настроении, нежели что-то отчетливо сформулированное.

Мысли Зейна были также запутаны и хаотичны, как и у любого другого. Не удивительно.

Но одна мысль была очень громкой и отчетливой: он был зол на Рейчел.

Я не была уверена, что она сделала и почему, сегодня все было по-другому, но он решил, что с него достаточно. Я, безусловно, понимала это чувство, хотя было сюрпризом, обнаружить это чувство в Зейне.

Но вот что поразило меня, так это то, как близко я была к тому, чтобы согласиться. Желая увидеть, как Рейчел упадет под колеса своих же махинаций… я хотела этого так сильно, что могла почувствовать привкус крови.

Или возможно это от того, что я закусила внутреннюю сторону щеки, сдерживая себя от того, чтобы сказать да.

— Бонжур, мадемуазель Такер. Хорошо, что вы решили присоединиться. — Сказала миссис Леноси, когда я вошла в класс через минуту после звонка.

Волна шепота и смешков прокатилась по классу, и мое лицо залилось краской. Слишком много всего произошло, и было трудно сдерживать себя, чтобы не опуститься на самый низкий уровень. Большое спасибо Зейну.

Я села в дальнем углу класса, положив свою сумку на пол.

Нагнувшись, чтобы вытащить блокнот и ручку из своей сумки, заметила, что мои руки дрожат.

Это было так нелепо. Зейн не обратится ко мне снова по вопросу о Рейчел, или по любому другому.

Разве что, я не захочу этого. Еще одно оказанное давление на меня и я, вероятно, сдалась бы, вопреки всем своим убеждениям. Моя человеческая сторона бушевала в клетке, требуя, чтобы ее выпустили.

Нет. Я не могу позволить этому произойти.