Правила поведения под столом

И все это затянуто в мерцающую паутину исходящего из нее самой циклического самовоспроизводимого магического воздействия! Кто-то замкнул дар моей сестренки, и теперь она непрерывно одурманивала сама себя!

– Это ворон! – воскликнула, поняв, откуда возникла такая фанатичная любовь к кровному. – Кира, ты не любишь его на самом деле, это ничтожество обернуло твою силу против тебя самой, и теперь ты под чарами абсолютной любви!

– Не смей оскорблять Хэдара! Ты и мизинца его не стоишь, предательница! – взвизгнула мгновенно разъярившаяся сестра и бросилась на меня, впиваясь ногтями в лицо и выдирая волосы.

От неожиданности я попятилась и врезалась спиной в дверь камеры напротив. Попыталась оттолкнуть обезумевшую Киру, но оступилась и упала, ударившись затылком о каменную стену. Перед глазами все поплыло и стало темно. Мои новые способности пропали так же неожиданно, как и появились.

– Арика, ты жива? – осторожно поинтересовалась склонившаяся надо мной Кироль.

Лица ее я теперь не видела, но в голосе не было беспокойства или сочувствия.

– Ты давай только не умирай, а то Хэдар злиться будет, – попросила сестра.

– Я тоже не обрадуюсь, – прозвучало угрожающе из темноты коридора.

Вспыхнул свет, и я увидела стоящих у лестницы Крафта и Тэра.

– В камеру! – отрывисто приказал Энрод.

Тэр подошел, схватил несопротивляющуюся Кироль за плечо, затолкал ее в соседнюю камеру и запер дверь. Я встала, потирая уже обозначившуюся шишку на затылке.

– Идем к Зиде, горе ты мое, – сокрушенно произнес Крафт, подавая мне руку.

– А что с Дьярэком? – спросила по дороге к целительнице.

Крафт помолчал немного, но ответил, хотя и с явной неохотой:

– Судя по его потенциалу, мальчишка на пути к ведению. И напиток истины это подтвердил, но двоичные перемещения ему еще неподвластны.

– Подожди, но кто же тогда украл сверток из твоего стола? – в недоумении остановилась я.

– Мне бы тоже хотелось это знать. Вино не ошибается, а это означает только одно: первую ступень инициации прошла только ты, Арика, – задумался он на минуту и добавил почти шепотом: – И в моей спальне была только ты.

Поежилась от пристального, изучающего взгляда, выдернула руку из пальцев мага и воскликнула:

– Ты еще скажи, что это я тебя обокрала!

От вскрика голова разболелась еще сильнее, затылок налился пульсирующей тяжестью, и перед глазами замелькали светящиеся искорки.

– Идем лечиться, – пробурчал Крафт, снова схватив меня за руку. – Я тебя ни в чем не обвиняю.