— Ты обязательно должна продолжать притворяться, что тебя это не волнует? — Он в неопределенном жесте указывает на свое тело.
— На что ты указываешь?
— На свой член. Перестань делать вид, что он не возбуждает тебя.
— О боже, ты такой самодовольный.
Он только улыбается. — Так что… по поводу этого предложения о дружбе с привилегиями?
Я стучу себя по лбу, притворяясь, что вспомнила что-то важное. — О, черт, я забыла сказать тебе. Я на самом деле очень тщательно отбираю своих друзей с привилегиями. Есть целый процесс подачи заявки.
Шейн играет с этим. — О, правда? Могу я получить копию заявки?
— К сожалению, я сейчас редактирую ее, чтобы сделать более подробной, так что в данный момент я не принимаю заявки. Но может быть, ты сможешь подать заявку в следующем году.
Он кидает мне серьезный взгляд. — Пожалуйста, дай мне знать, когда снова откроется вакансия.
— Ты будешь первым, кому я сообщу, — обещаю я. — А точнее, последним.
Мы проходим мимо Sweet Birch, когда Перси внезапно выходит из двери. Параноидальная часть моего мозга думает, что он поджидал нас.
Скрывался в лобби в ожидании момента, чтобы появиться. Но моя логика говорит, что это безумие. Он не мог бы так хорошо все спланировать.
Его выражение темнеет, когда он замечает нас, но он быстро восстанавливается и натягивает слабую улыбку.
Шейн останавливается, но я хватаю его за руку и тяну вперед. — Иди дальше, — шепчу я.
— Диана, — зовет Перси сзади. — У тебя есть минутка?
Я игнорирую его и ускоряю шаг, почти волоча Шейна за собой.
Тревога снова поднимается, сжимая мое горло. Это чувство стало знакомым, и мне ненавистно, что оно стало таким. Из-за Перси я чувствую себя беспомощной и пойманной в ловушку. Я хочу позвонить своему отцу и умолять его приехать сюда, взять Перси за воротник и выкинуть его в другое чертово состояние. Но я не могу просить отца решить мои проблемы. Я должна решить их сама.
Я вдыхаю как можно глубже, но чувствую себя еще более головокружительно к тому моменту, как мы входим в лобби.
Я не знаю, что Шейн видит на моем лице — надеюсь, это не страх, — но что бы это ни было, это заставляет его челюсть напрягаться. — Хочешь, чтобы я поговорил с ним?
— Нет. Я надеюсь, что если я проигнорирую его, он в конце концов уйдет.
Это, похоже, не удовлетворяет Шейна, но после паузы он пожимает плечами. —Ладно. Сообщи, если передумаешь. Мы поднимаемся на верхнюю площадку. —Что взять на ужин?
Я понимаю, что аппетита у меня совсем нет. Вид Перси уничтожил его.
