— Ну что ж. — Уилл поднимает голову и невинно улыбается. — Все греческое для меня.
Я смеюсь так громко, что это выходит в хихиканье. — О, Боже, это было так скучно.
Но, в принципе, он не ошибается. Все меню написано на греческом. Я не могу разобраться в иностранных символах на странице. Даже нет английского варианта под меню.
Я сжимаю губы. — Думаю, я знаю, почему этот владелец постоянно меняет концепцию.
— Да, думаю, и я тоже.
Нам приходится просить официанта перевести каждое блюдо, что занимает целую вечность.
Наконец, мы заказываем наши блюда и устраиваемся в креслах, пока мягкая гитарная музыка наполняет пространство. Уилл тратит некоторое время на то, чтобы пожаловаться на своего отца, который сопротивляется тому, чтобы Уилл провел год в Европе после окончания учебы. Я узнаю, что мистер Ларсен — конгрессмен, который делит свое время между Вашингтоном и Коннектикутом со своей мачехой. Мы немного обсудили мачех, так как оказывается, что нам обеим нравятся наши. Его родители не разведены, хотя его мать умерла, когда ему было четыре года, и его воспитывал целый отряд нянечек, пока его отец не женился снова.
В конце концов, я переводжу разговор на Беккета, так как любопытство съедает меня.
— Как идут дела с Беком? Он вернется скоро, верно?
— На следующей неделе.
Я замечаю, как черты Уилла напрягаются. — Ох. Ситуация все еще беспокоит тебя?
— Немного. Может быть, было бы по-другому, если бы я был с кем-то с тех пор, как он уехал. Но я не встретил никого, с кем бы я совпадал."
"— Значит, твоя последняя встреча все еще та неловкая, где ты все время представлял Бека.
— Да. Он звучит угрюмо.
— Окей. Ну, на какой отметке мы на шкале возбуждения теперь? Когда ты думаешь о том, чтобы заняться сексом с Бекеттом и женщиной, это меньше отталкивает тебя? Или больше?
Он вздыхает.
— Больше, да?
— Это все, о чем я, черт возьми, думаю, — бубнит он.
— Честно говоря, я думаю, что ты слишком переживаешь по этому поводу. У всех есть свои фетиши.
— Да? — он бросает вызов. — Какие твои?
— Не твоё дело.
Уилл улыбается.
— Так что ты собираешься делать, когда Бек вернется домой?
— Не знаю.
— Ты общался с ним, пока он был в отъезде?
Этот вопрос его настораживает. — Конечно. Мы переписываемся каждый день. Он мой лучший друг.
— Тогда не думаешь, что тебе стоит поговорить с ним об этом? Сказать ему, что тебя беспокоит?
— Может быть.
Он звучит неопределенно. Типичный парень. Да, давайте лучше все держать в себе. Это всегда отличная идея.
