Его костяшки достигают верха моей лобковой области, как я слышу какой-то хриплый звук с дивана.
Я замираю. Но Уилл просто меняется в позе, переворачиваясь на бок.
Шейн и я ждем несколько мучительных секунд. Моё сердце никогда не билось так сильно.
Наконец, он снова начинает свои ласки, медленно и лениво дразня меня. Как будто у него есть всё время мира, чтобы поиграть с моей киской. Как будто его товарищ по команде не лежит в десяти футах и не может проснуться в любой момент.
Я всхлипываю, когда Шейн просовывает руку в мои трусы.
Мои ноги расставляются, когда его пальцы ищут и находят мою намокшую серцевину.
Он проводит одним пальцем по щели, и мои ноги как будто теряют всю силу. Я падаю вперед. Шейн поддерживает меня, тихо смеясь.
— Вверх, — говорит он, и в следующее мгновение я уже на столе.
Я откидываюсь на локти и смотрю вниз на него. Лизнув губы, он опускается на колени передо мной, стягивая с моих ног шорты и трусы. Тревога вспыхивает во мне, так как я не ожидала, что окажусь голой ниже пояса.
Я думала, что мы останемся в одежде, что будем дразнить друг друга сквозь преграды.
Но я не могу отрицать, что меня возбуждает лежать здесь на столе, полностью открытая."
"— Уилл прямо здесь, — шепчу я с неубедительным возражением. — Что если он проснётся?
— Тогда он сможет смотреть, как ты кончаешь.
Моё дыхание перехватывается.
Шейн изучает моё лицо и усмехается в ответ. — Тебе нравится эта идея.
Я проглатываю ещё один комок неукротимого желания. — Всё это разговоры о тройничках с ним и Беккетом.
Это вошло мне в голову.
— Грязная девчонка. Шейн продолжает смотреть на меня. — Вот что ты хочешь? Разбудить его и попросить присоединиться к нам?
Я не пропускаю, как он тянет руку к своей промежности, чтобы немного поправить её за штанами.
— Это то, что ты хочешь? — спрашиваю я в ответ.
— Я сказал, что не люблю делиться.
— Ты не делишься. Ты хвастаешься.
— Чем я хвастаюсь?
Я расставляю ноги. — Как хороша эта вагина.
Моё развратное действие вырывает из его горла стон.
Мы мгновенно смотрим на диван. Уилл всё ещё лежит на боку, лицо повернуто к нам, но глаза закрыты. Его грудь поднимается и опускается с равномерными интервалами.
— Чёрт возьми, Диксон, — ворчит Шейн. — Перестань так говорить. Я уже мокну.
Я чувствую, как между ног сжимается. — Дай мне попробовать.
Моя просьба заставляет его снова застонать, но на этот раз он сдерживает звук, вцепившись в нижнюю губу. Без слов он встаёт и ставит своё тело перед моим лицом.
