Право Черной Розы

А мои парни караулят снаружи и сюда не войдут.

— А если я буду спать обнаженной, то это кого-нибудь шокирует?

Ы-ы-ы, вырвите мне кто-нибудь язык!

— Однозначно! — очень серьезно отозвался Кайен. Я вскинула на него глаза и увидела смешинки, пляшущие в синих озерах очей. — Это сильно шокирует мою психику. Я ведь увижу свою любимую мышку совсем голенькой. Такое потрясение для нежной кошачьей души.

— Это хорошо, — прыснула я от смеха. — Люблю шокированных котиков.

— Мышка-шалунишка. Как только не стыдно? Довела бедного котика за этот месяц до полного изнеможения, соблазняя, очаровывая, сводя с ума… Ты хоть догадываешься, как сильно я хочу тебя?

— Покажешь? — Прикусив губу, я начала медленно расстегивать пуговки на его рубашке.

— Неоднократно, — внезапно охрипнув, замер он, пожирая меня голодным взглядом.

А я что? Я смелая. Я бесстрашная. Вот просто невероятно героическая мышь. Нам, таким рисковым, большие коты на один зубок. Мы хвостиком вильнем, ушками шевельнем. Ноготками по животу любимого поскребем, язычком чувствительные соски на его часто вздымающейся груди лизнем.

Глазками сверкнем, проследив, как рубашку коты сами с себя сдирают и в сторону бросают. Лапками своими смелыми брюки эти ненужные сейчас совсем расстегнем и приспустим. И снова глазками сверкнем, увидев, как сильно коты нас желают «съесть». «Желанием» проткнуть насквозь можно.

Но мы, дерзкие, соблазнительные мышки, учимся быстро. Схватываем всё на лету. Если нас котики могут сводить с ума одними поцелуями, то чем мы, отчаянные мыши, хуже? Мы тоже можем… На колени опуститься перед тем, кого так сильно любишь, не зазорно.

И пусть не умеем, в процессе научимся… Главное, что «процесс» моему любимому котику так нравится, что его уже трясет как в лихорадке, дыхание со свистом сквозь сжатые зубы вырывается, и стон с губ срывается.

— Рози… Любовь моя… — не то просьба остановиться, не то мольба продолжать.

— Только поцелуи, да? — спросила я, подняв голову, на мгновение оторвавшись от ласк.

И вернула свое внимание к той части тела дорогого супруга, которая давно не давала мне покоя.

И плевать, что приличные девушки в том направлении даже не смотрят. Я неприличная. Я до безумия влюбленная в собственного мужа женщина. Ну, надеюсь, сегодня стать женщиной. А пока просто соблазняю его. Не только же ему меня мучить, доводя до изнеможения и не давая самого главного.

Кайена затрясло сильнее, он подался вперед всем телом и глухо протяжно застонал.