Право Черной Розы

Я совершенно не учел, что ты человек и не знаешь наших обрядов. Не сказал тогда в храме, в нашу первую ночь, а потом все так закрутилось… Можно я поцелую тебя?

— Когда это ты спрашивал о таких вещах? — невольно улыбнулась я и потерлась лицом о его камзол, стирая со щек соленые дорожки.

Мы целовались как сумасшедшие. Захлебываясь ощущениями, словно умирающие от жажды путники, добравшиеся до воды. Пили и не могли напиться… Было мало прикосновения губ друг друга, и вот уже на пол полетели мои плащ, куртка и разорванная в клочья рубашка.

Туда же упали и остатки моей одежды, и лихорадочно снятые вещи Кайена.

— Люблю тебя! — выдохнул он в каком-то отчаянии, подхватил и приподнял меня, прижимая к себе и позволяя обхватить его ногами за талию.

— Люблю тебя! — эхом отозвалась я и вскрикнула, почувствовав его в себе.

Мы не занимались любовью. Нет. Не было нежности, медлительности. Это была дикая, необузданная страсть двух изголодавшихся существ. Когда ты не плавишься, а буквально сгораешь в этом огне.

Когда окружающая действительность исчезает, и остается лишь тот, по кому ты сходишь с ума. Лишь ощущения, бешеный стук сердец, гул крови в ушах. Даже в нашу первую ночь не было такого. Тогда мы наслаждались и не торопились. А сейчас оба ухнули в пучину и захлебывались, умирали, ища спасения друг в друге, в этих старых как мир движениях.

Как я оказалась на письменном столе в кабинете? В какой момент мы туда перебрались? Не знаю, не заметила. Лишь позднее, когда реальность вернулась, я осознала, что лежу на столешнице, с которой скинуты все бумаги, обычно высившиеся там стопками.

— Рози, не исчезай больше никогда, — прошептал Кайен, придавливая меня своим весом.

— Не исчезну. А ты порвал мою одежду. И мне теперь не в чем выйти отсюда, — сообщила я, зарывшись пальцами в его волосы.

Он затрясся в беззвучном смехе.

— Закажем новую. Я часть твоих платьев… кхм… Они не все уцелели. Я злился, когда ты меня бросила.

— Изувер. У меня были такие красивые наряды, — фыркнула я.

 — А моя спальня хотя бы цела?

— Частично, — после заминки признался любимый супруг. — Я сильно злился. Тебе придется пожить в моих покоях, пока твои не восстановят.

— Да куда она денется, вредная девчонка? — приподнялся на руках Кайен, давая мне возможность заглянуть в его глаза. — Она мне такой скандал устроила, поганка, когда я громил твою комнату. Пыталась отбить твои вещи. Представь, эта маленькая нахалка у меня прямо из рук твои платья вырывала.