Право Черной Розы

Ну а чем еще заняться на крыше, в обществе огромного кота, который блаженствует от того, что по его шкуре водят частым гребнем? И все же Кайен и его кот — это словно две разные сущности с разными характерами. А может, действительно, так оно и есть? Тогда у меня есть мой Кайен и мой кот? Я улыбнулась этим мыслям и прикоснулась свободной рукой к губам, вспомнив сумасшедшие поцелуи мужа. И как я умудрилась так вляпаться? Влюбиться в фиктивного мужа на год? Князь оборотней меня дико бесит и в то же время заставляет замирать в предвкушении, когда я его вижу издалека.

Как можно быть влюбленной в того, кто тебя порой жутко раздражает?

Процессом я неожиданно увлеклась. Размеренные движения, шелковистый мех под пальцами, явно млеющий зверь рядом, который с удовольствием подставляет то шею, то бока, то загривок и спину. Живот и хвост трогать он не позволил, но я и не настаивала. Не знаю, сколько мы так занимались кошачьим марафетом, но когда я устала, барс потянулся, встряхнулся, потоптался и улегся, приглашающе фыркнув.

Я хмыкнула, покачала головой, подползла к нему и устроилась спать. Ночь жаркая, в халате да с горячей меховой грелкой под боком не замерзну. Все равно ведь сама с крыши не слезу. Сюда-то лишь чудом забралась, учитывая мой страх высоты, а как спускаться — и не представляю. Муженек меня сюда заманил, вот пусть утром сам и спускает. Его ожидает сюрприз…

Заснула я мгновенно. Казалось, только смежила веки, и проснулась от дикого женского вопля. Я перепуганно подпрыгнула и обнаружила, что сплю в одиночестве, ибо дорогой супруг исчез, бросив меня под утренними солнечными лучами.

А крики, доносящиеся из окон, все нарастали. Захлопали двери, затопали ноги…

Подползя к краю крыши, я чуть-чуть высунулась, чтобы понять, что происходит, и позвать на помощь. А внизу царил переполох. Носились горничные, которые зачем-то выскакивали из дома, бестолково бегали туда-сюда и ныряли обратно. Бряцая оружием, быстро ходили охранники…

Да что происходит-то?

Выждав момент, когда прямо подо мной, точнее под стеной в том месте, где я торчала на крыше, окажется один из охранников, я тихонько свистнула.

Не подобает, конечно, я же, типа, леди, но не кричать же во все горло, чтобы меня наконец увидели, а им всем явно и в голову не приходит взглянуть на крышу.

Оборотень сбился с шага, замер и задрал вверх голову.

— Доброе утро, — поприветствовала я его и улыбнулась. — Снимите меня отсюда, пожалуйста. Я сама не слезу.

— Княгиня?! — явно не поверил он своим глазам.