Право на любовь

Летта замерла, не в силах оторвать взгляд, и на секунду забылась. Ей показалось, что она вновь там, в игре...

В лицо ударил резкий порыв ветра, сразу возвращая ее в реальность.

Она отступила назад и почти прижалась к груди мужчины, стоявшего за спиной. И некоторое время они так и стояли рядом, а ветер налетал порывами, трепал рукава и подол ее платья. Это было завораживающе опасно. Одно неверное движение...

- Вы мне верите, леди? - тихо спросил эмиссар.

Верила ли она ему? Ей было страшно, но от этого невозможно было отказаться,

- Да, - выдохнула Летта.

Очень медленно сомкнулись вокруг нее его руки, а в следующий момент мужчина поднял ее в воздух над площадкой. Как он это сделал, Летта понятия не имела, но сейчас они парили прямо над скальным амфитеатром, а ветер держал их.

И да, ей это нравилось.

***

Потом, когда они вернулись на площадку, Летта спросила, показывая на закрытую дверь:

- Для кого здесь этот вход?

Мужчина негромко рассмеялся:

- Это уже следующий вопрос, леди. – И добавил: - Сейчас вас ждет Сайлас.

"Действительно, дверь открылась, ее бесстрастный сопровождающий стоял на пороге.

***

Сайлас шел впереди, а она за ним. И, если честно, не будь его сейчас рядом, Летта бы, наверное, не смогла найти дорогу. Слишком ошеломляющим было это все. Чувство полета до сих пор переполняло ее.

Как когда-то в игре.

Но только там все это происходило не с ней, а здесь все было по-настоящему. Ветер трепал ее одежду и волосы, она ощущала его всем телом, кожей.

Она давно уже терялась в догадках, кто он.

Идя на этот обед, Летта рассчитывала выведать у мужчины хоть что-то. Вместо этого? Все так повернулось, что теперь генералу гораздо больше известно о ней самой. А он опять умудрился уйти от ответов.

Ах, да. Она узнала, что ему нравятся камбрии! И императору, кажется, тоже.

Ценные сведения.

Она мысленно закатила глаза.

- Леди, мы пришли, - окликнул ее Сайлас.

Оказалось, она так задумалась, что чуть было не прошла мимо своей двери. Летта почувствовала себя глупо, однако на лице сопровождавшего ее мужчины не отражалось никаких чувств, потому она коротко поблагодарила его и быстро юркнула в свою комнату. И там, оставшись одна, снова подошла к окну.

Она зажмурилась и неосознанным жестом потерла плечи ладонями. След от мощных рук, державших ее, горел на коже, словно печать.