Право на любовь

Оба склонились перед ним:

- Храм приветствует тебя, о Великий.

Никаких имен. Так давно было заведено.

Максимилиан едва заметно кивнул на приветствие. Клирики поклонились снова, по их знаку две фигуры в белом  бесшумно появились и внесли кресло, весьма похожее на трон. А после отворилась дверь в глубине зала, ввели бывшего правителя Бактрии Фарьяба и поставили перед Максимилианом на колени.

- Ты хотел видеть меня? - произнес император, глядя на него сверху вниз.

Храм хоть и списал бывшего правителя Бактрии Фарьяба со счетов, но не переставал следить за всеми его передвижениями.

Ибо даже издыхающая змея способна ужалить, а не то что бешеный пес, вырвавшийся на свободу."

"А Фарьяб был так ослеплен жаждой добраться до императора и отомстить всем, что в какой-то момент утратил бдительность. В результате, вместо прекрасных залов императорского дворца, бывший правитель Бактрии оказался в подвалах одного из дальних филиалов белого храма. Но встреча все-таки состоялась.

Сейчас великий клирик сделал императору небольшой подарок.

Это был жест доброй воли и, конечно же, доказательство неукоснительной приверженности храма единым замыслам.

- Мой господин! - рванулся тот вперед, но тут же снова оказался прижат к полу. - Меня оклеветали!

Император поморщился, циничная усмешка скользнула по его губам. Глупец. Как будто подобные речи могли его разжалобить. Однако склонился к Фарьябу и милостиво произнес:

- Хочешь вернуть себе трон и отомстить генералу?

Он знал, какая будет реакция.

И да, император не ошибся.

Глаза распластанного по полу мужчины мгновенно загорелись огнем ненависти.

- Да! Мой господин!

- Тогда приведи мне дочь Клейтаса, - сказал Максимилиан.

Один миг на осмысление, а потом тот с готовностью закивал:

- Да, мой господин. Я приведу эту тварь. Я все сделаю, что нужно!

По знаку императора его отпустили и позволили встать.

- Девчонка на острове, - медленно цедил Максимилиан, глядя на него и читая мысли. -  Там нет гарнизона, только личный денщик генерала и охранницы-ливийки.

Ты получишь людей и помощь храма. Кое-что посильнее, чем пыльный полог, который ты пытался использовать в прошлый раз.

- О, Великий, я... - Фарьяб осекся, глазки забегали.

За попытку покушения на эмиссара положена была смертная казнь. Но император как ни в чем не бывало продолжал:

- Отправишься сейчас же. Тебя доставят порталом. И вот, - он вынул из кармана футляр на кожаном шнурке и на вытянутой руке протянул Фарьябу. - Это откроет доступ на остров.