Первый волшебный сонТри дня в кандалах, но пока никакого дискомфорта от перенасыщения магией я не ощущала. Да и в тот злосчастный день, когда их на меня нацепили, порядком пришлось ее потратить. Жаль, без толку. Не думаю, что в день, когда ее разблокируют, я не смогу совладать с собой. Вспомнила на всякий медитации и упражнения мэтра Сарттаса на самоконтроль. Опять же, во дворце, когда чуть не случился выплеск, у меня тогда активно восстанавливался Свет и к нему еще только предстояло привыкнуть. Зато сейчас — весь на месте, улегся; белый брат-близнец черного озера.
Упомянув при Виларии новые волшебные сладости от духов ничуть не покривила душой. Дядюшки в плане десертов вышли на новый уровень, словно решив подсластить последние дни учебы; даже измученному диетами Хельме перепадало! И названия все такие тягучие, тающие: пишмание́, казандиби́, шербеты… Однако стоило Хельме заикнуться, что больно уж на самаконскую кухню похоже, как пришлось озвучивать ему гневную тираду от Джевана и Искендера, основная суть которой сводилась к следующему: «где наш гюльбешекер, неблагодарная ты отрыжка сорока джиннов, а где этот твой самаконский вонючий кизил, перетертый напополам с песком и щедро сдобренный змеиными катышками…».
В общем, недолго сладкое счастье Анхельма продлилось.
Сегодня спать легла пораньше. Друзья все равно заняты по вечерам подготовкой к главному годовому экзамену, а мне чтение уже оскомину набило. С тем же успехом могу читать во сне, так какая разница, где убивать время?
Без всякой надежды поискала сон-сферу его светлости, больше по привычке, время-то детское.
Ворчливый в реальной жизни Греттен не возражал, все-таки, проводник по самой своей сути. Интересно, он действительно таким огромным чудищем вымахает со временем или так, только во сне красуется?"
"Но сфера Ронарда неожиданно оказалась на месте, я уже немного ориентировалась в этой бескрайней вселенной. Более того — четкая, крепкая, яркая. Ярче разве что безмятежные младенческие сны.
— Ну, пойдешь? Чего застыла? — буркнул манс.
А я действительно застыла, размышляя. Вдруг там опять война или еще что похуже? А потом, тряхнув головой, только крепче вцепилась в костяной гребень.
Там не было ни войны, ни других кошмаров. Ронарду снился утренний сад, пропитанный солнцем и запахами цветения, полная идиллия. Сам он лежал на траве с закрытыми глазами, как будто спал, и я осторожно опустилась рядом, боясь нарушить прекрасное видение.
