Это Джааль мне рассказывал, что у каждого приличного человека в Самаконе свой звездочет имеется, вроде как судьбу предсказывает и без него ни одно решение не обходится.
— Да уж… Оракул же есть. И маги-провидцы."
"— А у них еще и морская навигация на том построена, я слышал.
— Это же так ненадежно. Есть ведь компасы и артефакты разные.
— Дикие люди, говорю же…
Пока мы болтали ни о чем, Ронард выяснил у словоохотливого хозяина нужную информацию.
— Значит, так, — вернулся он за стол. — Храмы всех песчаников, Айята в том числе, есть в каждом мало-мальски значимом городе Самаконы.
Крупнейший в Шехире. Обратиться к нему можно в каждом, но Анхельм был прав: отвечает страждущим он только в сердце сахры. Есть там такой затерянный город, прежде стоявший на берегу соленого озера. Озера, как вы понимаете, тоже давно нет… Как и паломников-свидетелей, вернувшихся оттуда.
— Нам туда? — спросила тихо.
Не ответил. Только прижал к себе.
— Я пойду один. Здесь относительно безопасно, вы останетесь.
Звонко треснул опорожненный кувшин, осыпавшись черепками. Из под них выползла тонкая песчаная змейка, скользнула молнией по столу, остановилась.
— Двое… — еле слышно прошипела она, мелькая раздвоенным языком. — С-сахра… Айтш-шеринем…
Хозяин постоялого двора, все незаметно ошивавшийся рядом, затрясся и рухнул на колени. Вряд ли такое творилось у него на глазах каждый день. Потому что это была зеринге, змея-стрелка, посланница Айята-песчаника. А Айтшеринем — так назывался затерянный в песках город.
— Все пойдем, — ответила на очевидный знак Мекса.
Неосторожно брошенным словам стражников мы тоже вняли и Ронард на ночь выстроил охранный контур на выделенные нам помещения, Мекса договорилась о том же с многочисленными духами предков, я призвала на защиту тени. И судя по сдавленным воплям уже потом, под утро, какого-то ночного гостя все же зацепило.
На жалостливые глаза Анхельма никто не отреагировал и он поплелся снова делить комнату с лишенной всякой застенчивости унварткой.
— Триангл, Хельме, — поддразнила я его, посмеиваясь. — Потерпи, это всего лишь… навсегда.
И уже немногим позже, плавясь в жарких объятиях Ронарда в сладком мире грез, шептала ему то же обещание: навсегда…
Хельме с утра уже успел разжиться в городе картой и, согласно ей, на пути в центр сахры было не миновать еще пары городов. Ну хотя бы все необходимое для похода можно будет купить там, а не тащить с собой из Дансо.
