Совсем небольшая комнатка без окон и дверей, пара удобных на вид кресел, широкий стол с письменными принадлежностями и… один-единственный стеллаж. Книг здесь было немного, штук тридцать от силы. Зато когда я, не смея прикоснуться к древним фолиантам, вгляделась в названия, чуть дурно не стало.
Пара названий, например, Forbannelser av Skogen — «Проклятия Леса» на Праязыке и Красный гримуар Скапера были мне знакомы, на них иногда ссылались древние летописцы. И числились эти книги не то утерянными в веках, не то вовсе уничтоженными…
«Девлетин гючю» — «Мощь государства», с помощью этого трактата Самакона когда-то из разрозненных племен выросла в грозную централизованную махину, уже сотни лет как подмявшую под себя юг континента.
«История сотворения мира» — и сдается мне, эта история сильно отличается от той, что преподают нам.
«Реестр обитаемых миров и их проекций» — вот даже как…
Трогать книги было боязно, мало ли какой собственной магией обладали эти тома. Но «Тьму Изначальную…» я все же аккуратно достала с полки, немедленно ощутив на себе воздействие чужой магии.
В ответ всколыхнулось мое черное озеро, словно заявляя свои права на знания, и удушливая волна откатилась, соглашаясь. Хорошо, что к остальным не стала прикасаться…
Оставшееся до обеда время пролетело мигом, а я не в силах была оторваться от чтения. Но желудок все же настойчиво напомнил о своих потребностях. Хельме, может, еще простит, если я не явлюсь на обед, оставив его в одиночестве отбиваться от сокурсников после заявления мэтра Серенде, но дядюшки-духи — никогда.
"
"Вынести книгу с собой мне не удалось, но этому я не удивилась. Все-таки тайные знания должны оставаться в тайном месте. К тому моменту, как портал вернул меня обратно на седьмой ярус библиотеки, как раз прозвенел звонок к окончанию третьего занятия и обеденному перерыву.
Но с выводами о безлюдности на седьмом уровне я явно поторопилась. На стуле у лестницы меня ждал сам ректор. А в том, что именно ждал, сомневаться не приходилось.
Уверена, скрипучий библиотекарь отправился к нему сразу же, как только отошел от шока.
— Знаете, Ардинаэль, я всегда поощряю тягу к знаниям, — поднялся ректор мне навстречу. — Но сейчас обязан с Вами поговорить.
Был он привычно серьезен, но теперь еще и обеспокоен.
— Эти книги не зря спрятаны, они опасны. Дело даже не в том, какую силу они могут дать… Опасность в том, что они могут забрать у Вас. Запретные знания коварны.
