Я тоже устремляю взгляд на дорогу. Скользкий этот Миша у неё. Я и сам не могу обрисовать мужчину, которого готов видеть рядом с Соней, но меня раздирает злость, когда я вижу её с такими. И ведь неглупая она, красивая. С возрастом только краше стала. И фигура что надо, и мордашка. А липнут к ней почему-то недостойные.
- Адрес свой новый назови.
- Откуда ты знаешь, что у меня новый адрес? – Соня кутается в пиджак и, кажется, согревается.
- Приходил в гости три года назад, да соседи сказали, что ты переехала.
София замолкает. Комкает низ пиджака и почти не смотрит в мою сторону о чем-то размышляя.
- Улица Павлова, дом девять, - сообщает чуть позже. - Можешь во двор не заезжать, там въезд неудобный. Я добегу.
Въезд и правда неудобный, но мой вездеход проходит. Останавливаюсь у нужного подъезда, глушу двигатель, выбираюсь из салона и открываю дверцу.
- Спасибо, что довёз, Амир, - как только Соня оказывается на асфальте, то тут же одергивает руку, словно я могу укусить.
Странная она стала, зашуганная. После той ночи больше не может относиться ко мне как к другу? Наверное, было лишним распускать руки и лишать её невинности, но Соня сама попросила, взбудоражив меня своими признаниями. Не знаю как ей, но мне всё понравилось. И честность её, и отдача, с которой она дарила себя…
Мой пиджак на плечах Сони в три раза больше, чем нужно, но выглядит забавно. И ей, кажется, тепло стало, потому что теперь она не дрожит.
- Чем завтра занята? – не отвечаю на её благодарность.
– Думал, может организовать встречу одногруппников и посидеть в ресторане?
- Завтра выходной, - отвечает негромко Соня. – Я уезжаю на дачу.
- Со своим? – почему-то бешенство внутри меня бурлит при этом.
- Да, с Мишей.
Соня несколько секунд безотрывно смотрит на меня своими голубыми глазищами, а затем разворачивается и уходит к подъезду. В моем пиджаке. Усмехаюсь, глядя ей вслед и думаю о том, что это даже отлично.
Будет повод ещё раз увидеть её.
Глава 10.
***
- Ну наконец-то! – хлопает в ладоши мама, когда видит меня на пороге. – Все давно заждались тебя!
- Прости, были дела, - не вдаюсь в подробности.
Вручаю матери букет цветов и торт, целую морщинистую щёку.
- О, это же «Прага»! – восклицает мама. – И гортензии, мои любимые. Всё-таки хорошо я тебя воспитала, Амир.
Я прохожу в дом, где прошло моё детство и юность. Слышу в гостиной голоса.
