Паника плотно окутывает тело, хотя я отчаянно пытаюсь совладать с собой. Берусь за ручку чемодана, вытаскиваю его на лестничную площадку.
- Пока, мам.
- Хорошей вам дороги, - произносит она, перекрещивая поочередно меня и Сашу. – Как только приземлитесь в Испании, сразу же позвоните.
До аэропорта ехать примерно сорок минут. Ещё раз мысленно перечисляю всё ли я взяла с собой, а затем успокаиваюсь и пытаюсь расслабиться. Это же нормально, что я веду себя так, словно испуганная маленькая девочка? Мы с родителями путешествовали раньше, но это были туристические походы с палатками у реки или где-то высоко в горах.
До них мы добирались на машине, поезде или автобусе, но никак не на самолёте.
Отец любил именно такой вид отдыха, а нам с мамой и сестрой ничего не оставалось делать, как следовать за ним. Запах костра, постоянно жужжащие над ухом комары и рыбалка. Отец всё ждал, что мы, как и он, проникнемся красотой природы, но у меня ничего не вышло. До сих пор с содроганием вспоминаю как было неудобно спать в спальных мешках и купаться с помощью набранных из дому баклажек водопроводной воды.
Это сейчас папа сдал немного, после того как неоднократно попадал в больницу с гипертоническим кризом, а затем после перенесенного инфаркта. Теперь он бережёт себя и дальше соседнего города никуда не выбирается.
Здание аэропорта кажется мне огромным, поэтому я теряюсь. Сначала иду за толпой, волоча за собой чемодан, а затем нервно оглядываюсь по сторонам в поисках Амира.
Наверное, стоит ему позвонить и спросить куда идти дальше? Ощущая как с каждой секундой сильнее начинает колотиться сердце, достаю телефон и набираю его до сих пор не подписанный номер.
- Вот вы где, - слышу за спиной знакомый низкий голос.
Сбиваю вызов, поворачиваюсь к нему лицом. Сашка даёт Амиру пять, живо рассказывает сколько часов и минут осталось до вылета, а я… я с облегчением вздыхаю, перекладывая на него часть ответственности.
На Сабитова непривычно смотреть. На нем теперь не деловой костюм, а джинсы и обычная футболка-поло чёрного цвета, которая подчёркивает внушительные бицепсы и пресс. На переносице сидят очки-авиаторы, поэтому глаз его я не вижу. Только отдаю ему наши чемоданы и замечаю едва уловимую улыбку.
И как ему только удается излучать спокойствие?
Амир.
Когда в здание аэропорта заходят Соня и Саша, губы начинают сами плыть в довольной улыбке.
