Право на счастье (СИ)

— Мм, а если бы я сказал, что когда-то давно существовали иные боги.

— Например, Пресветлая Дева Ортанона?

— Например, Хранительница Острова, — он остановился, но в темноте не было видно ее лица, что несколько испортило момент.

— Хассиян, — Кати поежилась, — я предприняла все необходимые меры, яд не мог подействовать на ваш разум…

— Глупышка, — он нежно поцеловал ее, а затем продолжил путешествие по известной с детства тропе, — моя маленькая глупышка, которая на самом деле умнее всех на свете. Катарина… вероятно ты никогда не поймешь, как много значишь для меня, и иногда я рад этому.

Кати промолчала, крепче обнимая его за шею и подумывая о том, что какой бы ни был сильный мужчина, но так долго нести ее это испытание даже для очень сильного.

— Ян, вам не тяжело? — осторожно спросила Катарина.

— Нет, — и его спокойное дыхание было тому подтверждением. — Не беспокойся, еще недолго.

А вскоре непроницаемая мгла сменилась голубоватым мерцанием. Катарина заинтересованно вглядывалась в свет, и он становился все ярче, по мере их приближения.

— Вечное пламя, — прошептал император, обнимая ее плечи. — Вечное пламя, вечная скорбь об утраченных драконах.

— Драконах? — переспросила пораженная как увиденным, так и услышанным. — О чем вы.

— Кати, — взяв ее за руку, он повел девушку вниз по витой лестнице, — что ты ведаешь о королевстве Айшеран?

Придерживая юбки, она задумчиво ответила:

— Когда-то давно, в прежние времена, Шарратас, Ратасс и окружающие государства входили в состав единого королевства Айшеран.

— Но это известно всем, — Кати усмехнулась. — Да и сложно скрыть подобное — единый язык, единая вера, единый стиль даже строений.

— Именно, — он обернулся, обнял ее за талию и проникновенно поинтересовался. — А скажи, жена моя, как по-твоему могла быть так, что два государства разделенные морем, когда-то могли быть единым целым.

— Более двадцати дней пути по морю, Катарина.

— И возникает вопрос — на чем передвигались наши предки, что обгоняли корабли?

— На чем? — переспросила заинтригованная Катарина. Хассиян потянулся к ее губам, ласково поцеловал и прошептал:

И он вновь повел ее за собой. Вниз по лестнице, что шла по кругу всего храма, словно лиана обвивая его. Когда они вступили на черный камень, устилающий пол, огонь вспыхнул ярче.