Право на семью (СИ)

- Получается, он единственный наследник?

- Нет, есть еще Мария Александровна – его мамаша. Степкина мачеха. Но он к ней очень уважительно относится. Она все финансы компании ведет.

- А его родная мать?

- Умерла, когда ему лет семь было.

Чувствую, как жалость затопляет сердце. Степа, любимый мой, почему ничего не сказал.

«Любимый? – проговариваю вырвавшееся слово и повторяю. – Да, любимый. Я влюбилась в Степана Криницкого, несмотря ни на что».

- Мария Александровна тоже не знает? – уточняю тревожно.

- Никто, кроме нас с тобой и пары человек охраны.

- Почему боитесь огласки?

- Крот у нас завелся, Ира. Степка по касательной прошел, - выплевывает каждое слово Петр Васильевич. – Ребята и персонал ему помогли. А иначе бы точно лет на десять определили.

- Везучий, - улыбаюсь сквозь слезы.

- Теперь месяц вам в разлуке прожить придется. Криницкому сейчас лучше дохлым прикинуться. Надеюсь, потерпите, - снисходительно роняет Петя.

- Да, конечно. Спасибо, что предупредили, - встаю с места. На ватных ногах иду к двери.

- Сколько тебе надо времени, чтобы собраться?

- Полчаса хватит, - выдыхаю печально. И поднимаясь по лестницы пытаюсь понять, что делать дальше.

«Но это же Степан к койке привязанный», - думаю, входя в гардеробную. Достаю с полки белье, пару свитерков и широкие трикотажные штаны.

«На месяц мне одежды хватит», - выкатываю из шкафа небольшой чемодан. Туда же летит косметика, лекарства и электронная книга.

"«Кажется, все!» - обвожу глазами комнату. Надеваю платье, пальто. И чуть подкрасив губы выкатываю чемодан из комнаты.

Ухожу, не оглядываясь. Такое чувство, что сюда я больше не вернусь. Жаль. Хороший дом. Мы со Степаном были здесь счастливы. Здесь по-настоящему узнавали друг друга, влюблялись.

«Какая разница где? Главное вместе!» - пробегает шальная мысль. Но я не гоню ее, принимая как должное.

- Ты готова? – строго осведомляется Петр Васильевич. – Можем ехать?

- Чемодан надо спустить, - указываю наверх.

- Миша, - отдает распоряжение хозяин дома и упирается в меня внимательным взглядом. – Значит, решила уехать, Ира?

- Я тут не останусь, - кошусь на стоящего чуть в стороне Юру. – Тут небезопасно.

- Да ладно тебе, - морщится тот. – Ну перепсиховал я. Прости. Нужно как-то уживаться, пока Степа не очнется. И ты должна понять…

- Достаточно, - выставляю ладонь, словно хочу отодвинуть прочь нелепого мужчину в мятом костюме.