Право на страсть (СИ)

Молодой человек умудрился бесшумно и незаметно подкрасться ко мне со спины.

О том, что в приемной гендиректора «Леогарда» я теперь не одна, догадалась по терпкому запаху парфюма, и, разумеется, по горячим ладоням, которые бесцеремонно легли на мою талию.

— И какие цветы любит моя будущая теща? — совершенно спокойно поинтересовался Прохор.

— Тебе необязательно лапать меня, Прохор! — отрывисто произнесла я, пытаясь сбросить его большие ладони со своего тела. — Здесь нет зрителей!

— Мне нужна репетиция. Должен ведь я сыграть настолько достоверно, чтобы нам поверил сам Громов! — посмеивался молодой человек, не торопясь отстраняться.

Мне казалось, что его крупное тело нависает сверху, давит массой, заставляет мои мысли путаться и мчаться в небезопасную для меня сторону.

— Отца трудно обмануть. Но с ним я буду говорить сама. Твоя забота — моя мама. Понравишься ей — считай, что наш брак одобрен моей семьей, — отчеканила я.

Мне все-таки удалось выпутаться из цепких, мужских объятий и повернуться к звезде, почтившей меня своим присутствием.

Этот наглец улыбался, глядя на меня сверху вниз с толикой снисхождения. А мои ладони зачесались от желания еще разок расквасить его надменный нос.

— Что это? — прищурилась я, кивнула на яркий пакет, поставленный на край моего рабочего стола.

— Это? Ах, да! Это таблетка от бессонницы! Пользуйся и не благодари! А хотя нет, поцелуй покрыл бы все мои старания! — почти ласково говорил Прохор, протягивая пакет мне.

Я не собиралась принимать подарки от него. Мы не встречаемся.

Он для меня — деловой партнер, с которым нас ничего не связывает, кроме обоюдовыгодного контракта.

— Уверен, я угадал с размером, — мужской голос понизился до хриплого шепота, и я поняла: подарок с подвохом.

— Не угадал, — отчеканила я. — И я лучше отгрызу себе руку, чем надену это на себя.

— Ты легко можешь доверить эту задачу мне, Руслана, — не унимался искуситель с улыбкой Аполлона.

— Не сомневаюсь, что справишься, Прохор Тимофеевич, — прищурилась я. — Однако не советую ко мне прикасаться.

Даже дышать в мою сторону не стоит.

— Послушай, Руся, — вздохнул Реми. — Начнем с того, что это ты явилась ко мне со своим предложением. Я согласился. Ты просила о достоверности. Как, по-твоему, мне убедить твою родню, если мне даже прикасаться к тебе нельзя, а?

— Ты способный, придумай, — хмыкнула я.

Пока Прохор говорил, я обошла стол и заняла свое рабочее место.

— Ты самая невыносимая женщина из всех, кого я знаю! — вздохнул Прохор, ероша волосы рукой.