Право на страсть (СИ)

Уговаривал себя не торопиться, не спешить, однако выдержка ломалась от злости на эту мелкую девчонку.

Смешной же поступок, детский. Кто сбегает после секса? Да кто угодно, но только не такая храбрая и здравомыслящая девушка, как Руслана Громова.

И это сбивало и дезориентировало. Когда проснулся, не успел открыть глаза, а уже твердо знал: Руси нет в номере отеля.

Трусливый заяц — вот она кто, а не грозная бизнес-леди!

Злость постепенно отступала. Взгляд Русланы лучился теплом, смущением и, что самое важное, желанием.

Но я решил не торопиться. Да, секс минувшей ночью был охренительным. Но мне его мало. Мало не самого процесса, мало этой женщины. Мало ее тихих всхлипов, приглушенных стонов, глубоких царапин на моей коже от ее ногтей. Мало ее самой.

И я намеревался восполнить дефицит Русланы Громовой в моей крови.

Под футболкой девчонки пряталась сказка. Не меньше. И сейчас, когда Руслана лежала передо мной в одних тонких трусиках, я видел насколько ее тело идеально.

Полноватая грудь легко умещалась в моих ладонях.

И мне приходилось прикладывать титанические усилия, чтобы не сорваться. Грудь сводила с ума, как и ее хозяйка. И, словно стремясь добить меня, Русенька прикрыла глаза и потянулась мне навстречу, подставляя тугие горошины сосков, безмолвно требуя приласкать их.

Коротко выдохнул, подул на твердую вершинку. Услышал очередной приглушенный стон. Сил не было держаться, подался вперед, вжимаясь бедрами в тонкое кружево трусиков, и одновременно вобрал в рот тугой сосок.

Прикусил.

Руслана вздрогнула и вцепилась пальцами в мои волосы.

Томное дыхание и тихие стоны подстегали меня к более активным действиям. И я понял, что сам хожу по грани.

Рывком стянул трусики с соблазнительных бедер. Руслана попыталась прикрыться, сдвинуть колени. Но поздно. Я уже увидел то, от чего будет рвать мою крышу во время разлуки.

Нежная, влажная плоть в обрамлении аккуратных темных волос. Немыслимо, но раньше я брезговал оральными ласками. Да и вообще предпочитал партнерш с полным отсутствием волос на теле.

А здесь…

— Млять! — прошептал я, созерцая всю эту красоту, находящуюся в моей полной власти.

Руслана прикрыла лицо ладонями. Кажется, она покраснела и смутилась. Невиданная редкость для женщин моего круга. В Громовой странным образом сочетались чистая невинность и грешный порок. Она вызывала во мне странное чувство: схватить и спрятать.

Отвел хрупкие ладони от смущенного личика.

— Русенька… — позвал тихо.

Она затрясла головой. Тихо рассмеялся.