Надо же, не думала, что проституты так хорошо зарабатывают, что ездят на таких представительных тачках.
И тут с визгом к нам подъезжает черный тонированный монстр на колесах. Оттуда выходят двое мужиков бандитской наружности и подходят к Антону. Тот сияет, что-то бросает моему незнакомцу из клуба и вальяжной походкой направляется к своей машине. Я сажусь следом, наблюдая, как мужики начинают наезжать на хозяина покореженного автомобиля.
– Зачем ты позвал бандерлогов отца? – не одобряю этого, но и сделать что-то не в силах.
– Будет знать, на кого зубы скалить, – отмахивается Антон и заводит двигатель.
– Ты был неправ, – не молчу и указываю на его косяки, – в аварии была твоя вина, а ты уходишь от ответственности.
– Не начинай, я тебя выбрал не для того, чтобы ты мне мозг трахала, – мы сдаем назад и медленно встраиваемся в полосу, – сука, всю романтику нам испортил, гад. Детка, в клубе мои друзья уже собрались, сделай удивленное лицо.
С него всё, как с гуся вода. Невесело уставилась в боковое зеркало, наблюдая за удаляющимся видом.
Перед поворотом успеваю заметить, как из здания выходит дама в возрасте и подходит к машине. Статная, богатая, явно знающая себе цену. Усмехаюсь. Вот и понятно, откуда у него такая машина.
* * *Саид
– Слышь, – с угрозой двигается на меня более крупный детина, – ты десна не скаль, харе лясы точить, машину попортил? Бабки на капот и свободен!
– Либо ключи гони! – добавляет второй и смачно сплевывает на асфальт.
– Рожа не треснет?
Дебилы непонятливо переглядываются.
Быстро, не давая им опомниться, одному даю кулаком под дых, отчего тот складывается пополам. Другого вырубаю ударом в челюсть, тот падает на асфальт, но пытается подняться. Двигаю ногой по голове. И пока он приходит в себя, хватаю за грудки первого.
– Слышь, ты, – не намерен больше шутки шутить, – хозяину передай, если мужиком себя считает, пусть в Экстази завтра вечером подгребает. Один на один. Саид Севиев передал, скажешь. Усек?
И двигаю ребром ладони по его горлу.
Быстро сажусь в машину и подъезжаю к вышедшей из магазина матери. Не стоит ей видеть кровь и драку. Отец не одобрит, хотя матушка у нас с Игнатом имеет как раз-таки железный характер.
– У тебя костяшки в крови, – подмечает она сразу, садясь в машину, – ты уже не мальчик, Саид, и что это за парни на асфальте валяются? Что вы не поделили?
– Мам, – закатываю глаза, надеялся, что она не станет поднимать этот вопрос, – это мужские дела.
