Дартрейн нужен им не больше, чем они ему. Как и говорила матушка Янара, их цель – оказаться в его покоях ради своих семей, а на самого повелителя, к сожалению, плевать. И так Ксюше обидно за него стало... Да он же замечательный! И хотя временами основательно её подбешивает, но для дракона красноволосый вообще образчик адекватности и привлекательности.
– Что ж, раз уж на вас напал приступ внезапной немоты, мне не остаётся ничего другого как принять меры, – развёл он руками. – Отныне невестам запрещено посещать дворцовую библиотеку, даже в дневное время, – распорядился правитель.
– Здесь слишком много соблазнов для столь нетрезвых умов. М-да, надо было предусмотреть этот момент и поставить более сильные защитные чары... Завтра вам озвучат наказание за эту ночную прогулку, а пока посидите в своих комнатах под домашним арестом.
– Н-но повелитель, – запаниковала сиера Киртон.
– Я не повторяю дважды, – перебил её чешуйчатый. – Сиера Цартрейн, – окликнул он, слегка повысив голос, – вас всё это тоже касается.
Выйдите, пожалуйста, из укрытия. Аромат ваших духов щекочет мне ноздри ещё с порога...
Пару мгновений ничего не происходило, а потом занавеска, на которую недавно смотрела сиера Барис, шевельнулась, и из-за неё показалась огненноволосая девушка с сияющими жёлто-оранжевыми глазами. Драконица. Её богатое одеяние огненного цвета лишь подчёркивало высокий статус, а держалась она так, словно не нарушила никаких правил и имеет полное право сжимать в руке книгу «Редкие яды».
Нет, сначала надпись на книге гласила «Редкие растения», но стоило повелителю повести рукой, как иллюзия, созданная драконицей, развеялась, и на обложке проступило истинное название фолианта. А хитра девица, хотя бы попыталась замаскировать запретную книженцию.
– О-о, а вы, как я погляжу, решили действовать радикально, – не оставил без внимания сей факт правитель. – Неужели обнаружили в замке крыс, от которых непременно нужно избавиться?
– Обнаружила, повелитель, и немало, – откликнулась та, сделав лишь символический поклон.
Хм, а наглости девице не занимать, даже в такой ситуации гордыня так и прёт. И под крысами она наверняка имеет в виду менее удачливых соперниц.
– Что ж, тогда я обязательно приму меры, чтоб каждая КРЫСА, – выделил он это слово, – рискнувшая проникнуть в замок, была поймана и обезврежена, – и пронзил бунтарку взглядом.
