Право сильнейшего. Дочь воина. Невеста воина (сборник)

Почему-почему…

– Потому что ты на меня давишь! – грубовато ответила я.

Воин чуть нахмурился, еще раз окинул меня взглядом, наверное, чтобы самому удостовериться в ложности моего обвинения, ибо он меня в данный момент даже пальцем не касался. После чего последовал резонный вопрос:

– Что «чем»? – не сообразила я.

– Давлю! – пояснил Эран.

Распахнув глаза пошире, удивленно взглянула на него и объяснила:

Усмешка. Не особо веселая, скорее насмешливая, и насмехался он скорее над собой. Выпрямился, перестав нависать, но тем не менее не перестав давить всей своей массивной фигурой, и так и стоял… молча.

Я себя даже виноватой почувствовала. А когда я себя чувствую виноватой, мне как-то не по себе. А когда мне не по себе, я наглею. А когда я наглею…

– Эран, – ну теперь не только он мое имя знает, – а чем мне грозит тот факт, что ты меня забрал по праву сильнейшего?

Ну, я ж говорю, что когда я наглею, то я наглею.

Но он тоже, потому что его ответом было:

Воин выпрямился, развернулся и ушел в ванную.

Пришлось и оттуда его дожидаться. Но едва Эран вернулся, просто лег рядом, укрыл нас обоих одеялом. И мы просто лежали вдвоем на одной постели, даже не касаясь друг друга – он, почитывая то самое устройство, и я… молча рядом. Наглость, да?

Пролежав так минут десять, я не выдержала:

Устройство мгновенно испарилось, а точнее, распалось на какие-то лучи и исчезло. Эран повернулся ко мне и неожиданно спросил:

– Зачем ты это сделала?

– Что? – не сообразила я.

Устало покачав головой, Эран мрачно произнес:

– Оставив тебя здесь, я был вынужден вернуться и сместить великого воина Агарна с должности хассара Айгора… Воин, не обладающий собственной крышей над головой, в соответствии с традициями Иристана не вправе занимать столь высокий пост.

Во главе клана встал Риган, второй сын Айгора, и ему не решились бросить вызов. Во главе хассарата временно глава клана МакОрат. Твой отец лишился всего: положения, имущества, рабов.

Произнеся это, Эран смотрел на меня с каким-то осуждением, но это он зря – лично я была счастлива.

И возник единственный вопрос:

– Что рабов? – Опять меня не понимали.

– Рабов, – говорю, – тоже лишился, всех?

– Всей собственности, – несколько напряженно уточнил он.

– То есть вообще всего? – Я просто в шоке, но на этот раз приятном.

Повелитель Иристана проследил за расцветающей на моем лице улыбкой и не выдержал:

– Чему ты так радуешься?

– Да как это чему? – Я хмыкнула, торопливо встала и потопала за сейром.