Право сильнейшего. Дочь воина. Невеста воина (сборник)

У меня было ощущение, что мама словно стареет с каждым словом – плечи все ниже, голова опущена, а на колени капают слезы… Но мамочка все равно продолжала:

– Чморилло! – хрипло завершила я, чувствуя, что прихожу в состояние бешенства и из-за ситуации, и из-за того покорного тона, коим мамуля мне сейчас все пыталась рассказывать. – Короче, ты его жена, да?

Мама кивнула. Вскинула голову, посмотрела на меня предупреждающе, словно молила быть хорошей девочкой. Я постаралась, даже тему про «чморилло» развивать не стала, только попросила:

– Ма-а-ам, не томи.

– Я так и рассказываю, – тяжелый вздох. – Тебе уже восемнадцать, Киренок, и потому твой отец прибыл, чтобы… По нашим законам каган Шатар может забрать тебя.

Повернув голову, окинула недоверчивым взглядом этого самого кагана Шатара. Тот и вовсе не сводил с меня нехорошего такого, пристального взгляда. Не удержалась, продемонстрировала мужику язык и снова повернулась к мамочке.

– Когда тебе было два годика, началась война, – мама запнулась, явно опуская какие-то «милые» подробности, – каган укрыл свою Единственную и ее дочь среди скал, а мы с тобой покинули Иристан и скрылись на Гиерме.

И все бы ничего, но этот самый Гиерм расположен на расстоянии сорока световых лет от собственно Гаэры, на которой мы проживаем. Любопытно. Очень. Однако я молча жду продолжения.

– Я сохраняла имя, гражданство и получала… – мама вновь запнулась.

– Деньги, – догадалась я.

– Так было, ибо недостойная мне жена. Ты дочь, – вмешался наш суровый воин. – Но время истекло, победа была одержана, а недостойная не возвратилась.

Смотрю на его гневный взгляд и мамину опущенную голову, и тут до меня дошло:

– Мамочка, ты сбежала?

Она снова кивнула, глаза, полные слез.

– Мамочка, я тебя так люблю! – У меня у самой слезы на глазах. – И ты самая лучшая на свете!

А потом до меня дошел смысл слова «единственная».

– Так, я не поняла, – сажусь ровнее, – что значит «каган укрыл свою Единственную среди скал»?

Вперив суровый взгляд в воина, жду ответа.

– Я вторая жена, а всего… семь жен. Мы жили и пользовались покровительством великого хассара, мы рожали детей, а потом… он… полюбил женщину и назвал ее… Единственной.

– Короче, забил на весь свой гарем! – Вот какие я выводы умею делать!

– Да, – прошептала мама. – Но к тому времени я была беременна и потому осталась в доме хассара.